Форкош Василь Васильович

/Files/images/poezya/Изображение 004.jpg

/Files/images/poezya/IMG_0751.JPG/Files/images/poezya/42309726_1917821838298784_7313341093242732544_n.jpg

ПРОЗА

Благородная миссия

Medice, cura te ipse

Ветер колеблясь, затянул мелодию «депи». Тофе задумался: «Что бы это?..»

Его рвало незримое желание нести добро людям, но он был назван «Тофе»… и все благие намерения вели в кромешный уход от Истины.

Он работал врачом в заброшенной, захудалой поликлинике на окраине медленно распадающегося на части, выпадающие в осадок, не способные больше вступить в реакцию с новыми или старыми, но не выпавшими реагентами, города. Его миссия была незаметна и тиха, но величественна и благородна. Тофе врачевал людские души, а люди думали, что он меряет температуру одряхших грехами и хворями тел, прослушивает темп постукивания аритмично блудливых сердец, посапывание и пошептывание уставших из-за того, не вышвыривающих до конца отработанных газов, лёгких.

Выдох. Внезапный удар крыла воробья грубовато и громко погладил стекло, печально припавшего песочной паутиной окна; не дал родиться раннему вдоху. Последний комок углегаза, томившийся в подвалах легочных каверн, змейкой выскользнул на свет Божий и мёртво рассыпался под невидимым огнём озона. Нижняя верхушка левого лёгкого грациозно расправила «плечи» свежим притоком чистого, свободой пьянящего, кислорода. Это она маленькая, незаметная повседневно птичка Божья, совершила обыкновенное чудо врачевания природы природой. Просто чудо.

Два маленьких черных пятнышка в виде скрюченных крылышек на поверхности сжатого лёгкого потянулись, расправились медленно или скорее быстро, но плавно, как перетекает мёд, как пересыпается песок в часах, посветлели, потеряли цвет. После долгой комы, невидимо ожила душа. Да, это была она. Тофе услышал радостное хохотание крылышек, после чего прекратил индукцию тела с блестящим, слегка прохладным фонендоскопом.

Пациент преобразился. Лекарь дал «таблетку» в виде зёрнышка. Им было верное зерно ЛЮБВИ. Запить росой. Бывший больной стал ЧЕЛОВЕКОМ по образу и подобию…

«Не растерял бы…», - последняя мысль слуги Эскулапа и Асклепия о выздоровевшем.

Ветра сегодня больше не было. «Депи» разогнал простой, а может быть волшебный, воробей.

«Вот оно что…», - решил Тофе.

Онли Лав, энд ноу эни мэджик бёд

Он путь – она дорога,

Он рок – она судьба,

Он боль – она тревога,

Он свет – она звезда.

Иногда они были целым, иногда подымались на разные горизонты эфира. Сомнения лишали сил, выбивали с понятий. Ум убивал золотые зёрна, превращал в плевел, они верили, не подозревали, что ядро здоровое – ум мешал.

Сердце забито было в клети «правды», желавшими «добра» особями; душа задыхалась смогом коптящих паутин-сплетен. Эфир безжалостнозеркально отправлял им «молоко», в которое они попадали. Это были «призы» за результаты стрельбы их блуждающенищих мыслей, с истощённотрясущимися обрубками кистей-посохов.

Мерзкие насекомые-страхи грызли-стирали информацию с борозд-извилин правой половины энцефала.

Врач спал в жесткопринудительной коме с намёком на невозможное утро. Проснуться он мог лишь в состоянии константного целого их освобождённых половинок души. В этом и состояла его гениально простая панацея.

Жар затухал. Хворост был на расстоянии протянутой руки, полёта слова. Стрелы двух не случайно встретившихся тёплых взглядов, могли стать началом большого Костра вечно торжествующей пастушки Ли. Но продолжался рост её высочества герцогини Ги. Ги была уже в зародыше гениально скверна. Она была безрука, нема и слепа. Слух работал односторонне зациклено внутри самой себя.

«Не дать умереть ядрышку, не дать карцинам плевела захлопнуть чудесный Свет», - такая задача жизни вырвалась из уст бледного Тофе, на лбу которого от жутко детонирующего напряжения сердца, выступил кровавый пот. Сила мысли извергла трубно гавриилепионерский звук горна. Кто первым вытряхнет добровольно из ушей вату быта, кто, проснувшись от летаргии лени, ступит слабою ногой на паперть откровения, постучится в свой мёртвенно спящий храм, раскроет врата желаний и, не боясь усталости, подымится по нескончаемым ступеням винтововременной лестницы терпения, в руках неся плошку со светлячковой искоркой надежды, тем самым взрывая и превращая в руины, крепостные стены зависти и пошлости, лжи и подлости, сжигая канатные паутины невежества и хамства, прилаживая мостики-лучи, к доверию и пониманию над бушующее уверенными в себе реками-гидрами эгоизма, подымаясь всё выше и выше, к самому ослепительному трону всепобеждающей, но не всем видимой императрицы Истины, сидящей внутри каждого из нас? Кто первым разорвёт цепностальные, матрацопогашающие звук путы, образовавшие непроницаемый кокон на вашем колоколе сердца? Ударить в него, поверившими в вечный Костёр, от того железно окрепшими руками. И шарманный звук этого колокола станет эхом зова горна Тофе… Для этого нужна бесстрашная мудрость и безумная смелость, или же просто ЛЮБОВЬ без и …

Кто первым ?…

Тофе поможет разбудить миллионы недогадывающеспящих, но способных на подвиг проснуться и жить на полный размах крыльев, людей.

«Где же тот воробей ? - спросил у себя Тофе .- Надо помочь им стать целым… эплом. Но скоро ль это будет ? Кто знает ?…»

Мы сами…………

Чудесные слёзки

Per aspera ad astra

Она любила болтать своими непомерно длинными, грациозными ножками, сидя на расстоянии от горизонтальной поверхности. Всё её существо, от верхней точки взгляда до нижнего шарика пальчиков ножек, стремилось в другие заоблачно неземные, сказочно прекрасные миры, пространства, праны.

Разговоров с ней никто не вёл – не понимали ни её понятий, ни слов. Подружек не было. Даже имя, которое она себе взяла, было первым иксом её персоны. Она назвала себя - Акэа. Её манила высота. Любимым её героем, вернее героиней был персонаж, точнее персонажка из рассказа Ушинского… Она не считала «зелёную тоску» - зелёной. Это был её любимый цвет, из двух. Второй был небесный. Они оба держали первенство любимых. Она не считала «белую ворону» - белой. В семье должен быть урод, только не для неё. Для неё же он гений. Акэа смотрела на Мир любопытно удивлёнными, умилённо влюблёнными глазками, по-рачьи или камбальи непомерно расширенными зрачёчками. Она видела осенью прощальные танцы печально умирающих листьев, длительно хлопотные сборы и ускоренно инерционный отлёт птиц-туристов в круизы к странам повышенного солнцезависания или стояния. Она грелась в бликах огня-танца грациозно порхающей кокетки-бабочки. Как можно такой редкой красоте причинить боль, не то что…Она рождена быть рабой любви, и может ещё сама Венера возведёт на неё титул микадо…

Однажды гуляя по саду, она, притаившись наблюдала за раннеутренней упорной работой по-рабски выносливых, трудолюбивых, до мозга рёбер, муравьёв. Один из них, строгостройный брюнет с атлетической формулой тела, всё время выбирал, до удивления, непомерные ноши.

Он считал, вероятно, себя рыцарем, который должен совершить подвиг для своей донны, потому вёл вечные сражения с «чудовищами». У него на пути вдруг возникали то жуки-носороги, то гусеницы-шелкопряды, то каракурты, то тарантулы…да мало ли «монстров» на земле… И вот как раз сегодня, в одной правильно очерченной ямке, образовавшейся путём оттиска копыта пробегавшей косули (она вечно куда-то спешит), он вёл неравный, смертельно опасный бой с жирным, с подпругами по всему телу, от недостачи кожной ткани, представителем Lepidopterы. Она, эта гадкая гусеница, обычно вялая и неповоротливая до ужаса от лени, сейчас собрала всю свою злость (так не присущую бабочкам), твердо наступала на бедного идальго, страшно противно щелкая грызущими ротовыми конечностями. И в самый апокалипсический момент схватки по саду, не о чем не подозревая, шаловливо пролетал совсем ещё молоденький Смайли.

Это был здешний озорник и проказник, а для нормальных просто ветерок. Своей прозрачно призрачной туникой он коснулся немого колокольчика. Чашечка последнего была полна слёзками, радостной предтечи доброго солнечно тёплого рассвета, предутреннего дождичка. Настолько полна, чтобы онеметь, на время связав тычинки и пестики терпко сладкой загадкой наркотика слёз, но не на столько, чтобы пересилить себя от непомерности ноши и выплеснуть нектар на тело матушки-землицы. Но теперь прикосновением своим Смайли нарушил гармонию колокольчикового кайфа. Синенькая корона, являвшаяся в данную секунду резервуаром жидкости радости, дала непомерный крен и следующий миг превратил жидкость в поток ужаса и страха. Огромный Ниагар ни жданно, ни гаданно обрушился на храбрую головку нашего горе-Дон Кихота, заполнив в мгновение крика весь косульин котлован. Попав под бушующий гольстрим, Дон Кихотик завертелся смертельным волчком. Слёзки радости, могли бы вызвать слёзы скорби и печали у где-то сущей Дульсинейки…

Но зачем же тогда бы жила на Земле Акэа? Она квакнула от негодования на Смайли и стала осторожно пить этот сок жизни и смерти. Она совершила подвижный глоток или, лучше сказать, глоточный подвиг.

Дон Кихотику в этот день больше не хотелось пить.

А сама Акэа зелёная и пучеглазенькая, от глотка чудотрансфоаквы замерла, сердечко замедлило свою странную музыку до полной тишины. Глазки увидели ночь, небо, на котором загорались звёзды и падали листья в мазурном танце. «Почему в мазурном?»-подумала и сразу же забыла. Листики были лишь формой, а сутью была кожа зелёная, скользкая, бугристая. На одном из кожаных листиков увидев сердечкообразную бородавочку Акэа удивилась: «И у меня такая же…что же это?» Молния мысли ударила в мозг: «…это Я, это моя плоть, неужели это всё ?…конец ?..,а как же всё живое ?, как же НЕБО ?»

А небо становилось всё ближе, звёзды всё больше, всё ярче. Она уже не понимала исходил ли жар в груди от загадочной жидкости-ртути или же это звёзды, вечно далёкие, вечно холодночужие, в миг необыкновенного чуда, стали такими большими и яркими, горячеродными. Они дарили уже открыто жар всеобъемлящедикой и безбрежноштормящей, но совсем не беспокойнотревожной ЛЮБВИ. Гул в ушах, приближающегося Космоса, в миг – сник. Мёртвая, бесконечносекундная, оглушающеневыносимая тишина. В преддверии чего?.. чего?..чего?.. чего?.. чего?.. го?.. го?.. го?.. о-о-о?.. А-а-а-а!!! Смерть. Мозга. (лягушиного, стоит ли жалеть, если это ещё не конец).

Взрыв Света, срыв штор, сдув шор, открылись веки – теперь навеки или на века (а?), рапирная резь в глазах, но это не надолго. Та маленькая мечтательная лягушечка, кем всю жизнь была Акэа, проснулась, нет – родилась, хотя это одно и то же. «Как долго я умирала», - подумала она, расправляя затёкшие, щекотно пощипывающие, но уже свои, родные, альпийскоснежные Крылья. Жар в груди, ещё не стихший, затрещал, забурлил, заклокотал с новой неизвестной мощи силой ангельских крыльев, любовно разрывающих просторы Вселенной, стремящихся к свету, любящих свет, купающихся в свете, растворяющепревращающихся в СВЕТ.

А внизу, у подножия старого, если не сказать древнего испанского муравейника, наш маленький, только что спасённый, ещё раз рождённый герой, преподносил в шкарлупном шлемике чудотрансфослёзки своей единственножеланной, неповторимой Дульсинейке. Он поднёс эту «бурлящую ртуть» к её смугленьким, грациозным ножкам, которыми она любила болтать, сидя на расстоянии от горизонтальной поверхности…

Но это уже была совсем другая история.

Сину Вадиму в день народження 01.09.2002 року .

Побачити гру Сонзай

Seidumsclunqen , millionen . Ф . Шиллер “До радості . “

Жила собі маленька рибка на ім’я – Сонзай. Вона була кругленька, як м’ячик та промениста, як зірочка. А ще вона була весела та гамірна. Усмішка ніколи не сходила з її вигнутих райдужкою губок. В сонячну погоду вона підіймалась до самої поверхні води і виблискувала сонячним проміннячком, усіма барвами веселки. А так як вона була страшенно непосидюча, Сонзай плигала у воді і над нею, як маленький сонячний зайчик. Напевне вона була такою тому, що у неї ім’я було – Сонзай .

Її найкращим товаришем був такий же веселун – вітерець. Його звали – Смайлі. Коли стояв повний штиль, вони поодинці трішечки сумували, доки не зустрічали одне одного. Потім починалась грайлива та іскриста дія під назвою – хвильки, які здіймалися від їхнього німогомінкого танцю-обніму. Сонзай з усіх глибин розганялась і вистрибувала в недалекий повітряний простір. Там її підхоплював Смайлі і далі вони віхрились синусоїдним танком. Крива нагадувала шлях людського життя, чи політ камінця по поверхні води, випущеного з руки мрійливого хлопчика. Коли Сонзай втрачала на секунду свідомість, від недостачі води, Смайлі випускав її зі своїх обіймів, щоб через хвилинку - другу пригорнутися знову до хвилююче прохолодного, лоскочучи лускучого, осліпляюче блискучого створіння, виплескуючого з земного моря – море радості та щастя . В цей момент гри вони відчували себе одним цілим з усім, що є на планеті і взагалі. Вони відчували найвищу ступінь насолоди.

І коли ви бачите хвильки на морі, які виблискують усіма фарбами райдуги, придивіться уважніше. Ви обов’язково мусите помітити гру Смайлі з Сонзайкою. В ту саму мить ви станете часткою їхньої гри, їхній променистий танок стане вашим маленьким щастям. Він відіб’ється в ваших зіницях очей, і залишиться в пам’яті на все життя. Ви зрозумієте, що вони – це ви, а ви – це вони. І все, що зовні, і все, що всередині, все видиме і не видиме – це ви, все чуване й не чуване, мислиме й не мислиме, реальне й чарівне – це ВИ. Ви являєтесь клітинкою-рибкою в морі організмі і своєю усмішкою створюєте маленьке щастя, яке заразливоприємно переростає при допомозі Смайлі-повітря, навіть Смайлі-думок від однієї клітинки до іншої, створюючи безмежне свято Радості та Любові.

Склепик

Він був маленькою світлою плямкою у світі темряви величезного міського цвинтаря. Він був самотнім оазисом у пітьмі нескінченної пустелі, серед піску хрестів та плит. Тому й тримався осторонь цей, не схожий на інших, життєстверджуючий склепик.

Іноді він думав : “Чому у людей не так, як у риб? Чому у них не має свого єдиного Саргасового моря? Мабуть вони не заслуговують в останні хвилини свого перебування в цьому просторі на романтичність ... “

Вони нагадували йому комах, які пурхають в повітряному середовищі. Саме ті, які не здогадуються про своє призначення на Землі. Тому рано, чи трішечки пізніше, стають брудом на лобовому склі автомашин. Лиш брудом, непотребом...

Питання : “ Ким були до цього?... “

Мовчання ......

Только молчание

Глава № 1

Он шёл по жизни уверенной поступью. Всё задуманное – удавалось, мечты по мере появления – сбывались. Знакомые уважали на глазах, а в душе завидовали и наверное ненавидели. Может даже боялись. Что-то холодное исходило из, казалось бы, ясных глаз. Отпугивала желтизна этих глаз. Она была родом из желчи старого, давно умершего, волка. Уверенность в завтрашнем дне придавали даже черты его лица, которые были сделаны по стандартам общепринятой системы красоты.

Его дела двигались всё успешнее, принося его личному бюджету всё больше и больше прибыли. Деньги работали на деньги, для денег и ради денег.

Его звали все по фамилии – Фейсин. А имени, как ни странно, никто не помнил, а может и не знал. Никто не помнил, как и когда он появился в тресте. Слаживалось впечатление, что Фейсин здесь был ещё до создания оного. Многим любопытным хотелось узнать о нём, заглянуть в его личное дело. Но это было исключено. Отделом кадров, находившемся на цокольном этаже, выложенном, кстати сказать, гранитным камнем, что было очень символично, заведовал Феликс, по кличке - « железный». Кличку он отрабатывал на все сто. Доступ к личным делам был крайне ограничен, а добровольно заведующий отделом кадров не изъявлял желания делиться ни с кем.

И вот однажды, как это часто бывает, как было записано на небесах, произошла небольшая неприятность (с чего же это должно было произойти). Что это было перст Божий или же кара, впоследствии никто в этом не сомневался. Точкой отсчёта или же стартом конца карьеры Фейсина стало никем не запланированное и не спрогнозированное заранее землетрясение, нет землевстряска. Кто говорил - подземные воды, кто – старые, заброшенные и всеми забытые шахты, но дом, в котором благополучно до сих пор, жил Фейсин дал крен, наряду с несколькими соседними домами (по суждению окружающих – не пострадавших) – незначительный.

Глава № 2

Жизнь начинает открываться для нас в самые неожиданные, внезапно-роковые, как нам часто кажется, моменты наших странствий, мытарств-блужданий. В один миг наступает ослепительное зарево над головой, лучи которого явственно подогревают наше, верно стучащее, сердце. Оно становится теплее, остатки ледяного панциря, державшие паутинной сетью ваш внутренний центр Вселенной, в виде пузырьков, невесомо медленно подымаются вверх, где исчезают, испаряясь, не мешая больше видеть Мир – огромный, красочный, бескрайне интересный и интригующе увлекательный. А главное увидеть Себя в себе, свою роль, как необходимой частички в громаднейшем механизме Космоса, которая не должна дать сбой. Для того и был послан Творцом на сцену многомиллионного театра, под названием Земля, сыграть своё слово в эпизоде бесконечного сценария, без которого пьеса не стала бы совершенной, как то – «полной чашей».

Глава № 3

Крен в квартире Фейсина стал причиной битой посуды. Из серванта, стоящего поблизости дивана, на котором в эту ночь заснул наш герой, вырвалась стеклянная полка. Обычно он ложился спать в своей спальне, но сегодня всё должно было случиться. Стекло, если смотреть замедленную съёмку, двигалось в одной плоскости с шеей спящего. В считанные секунды постель молодого человека покрылась, в контраст белому цвету постели, красными наляпистонеопределённоформенными пятнами.., конечно же, крови.

Не пугайся дорогой читатель, это была не смерть. Ангел-хранитель, который не спал, запустил сон-ролик с забиякой, от которого нужно было защищаться. Фейсин в нужный момент автоматически выставил в защиту «блок», тем самым изменил угол падения стекла. Не понятно как, но оно перерезало среднюю перепонку носа (от куда и пролилась кровь), совершенно не задев наружных.

Для спящего, смотрящего такой агрессивный сон, проснуться с кровью на простыне, одеяле было шоком. Причём шок был таким сильным, что повлёк за собой полную немоту. Это был толчок, знак, символ. После этого наш герой начал замечать такие странные вещи, которые другие никогда не замечали. Слышал голос неведомо откуда. Может быть, это был его внутренний голос, голос души или сердца. Для него начала открываться сторона Жизни, не видимая до этого. Даже жёлтый окрас его глаз изменился на удивление для всех без исключения – такого цвета до этого ещё никто не видел, даже во сне. Его глаза не охладели до голубого, не посерели от печали и даже не позеленели с призывом за «Мир во всём Мире». Они приобрели сказочно-необычный цвет солнечного апельсина. С этим цветом изливалось столько теплой радости, что встречным становилось очень легко на душе и в данный момент существующие для них пиявки-проблемы, теряли вес и актуальность, они превращались в то, чем были – бытовым мизером, которому, по крайней мере, не стоило уделять столько бесценного времени и внимания.

Вопрос о карьере ему показался пустым и смешным, вернее сказать бессмысленным до смешного. В короткий срок его уволили из-за немоты. Это был счастливейший день в жизни.

За тот короткий срок работы, после «ЧП» и до увольнения, у всех сотрудников диаметрально противоположно изменилось отношение к Фейсину. По опять-таки непонятному волшебству, непонятно, откуда, из каких подвалов памяти, все вдруг вспомнили и начали называть его по имени. Его звали Райнер. Имя появилось, как раз тогда, когда владелец стал достоин его, пришло время имени. В день его ухода сотрудники подарили ему диктофон с одной только записью: «Извините. Я немой, но очень прекрасно вас вижу, слышу и понимаю».

Он был всё так же несказанно счастлив. Жизнь подбросила ему новый подарок. Она, неизвестно за какие заслуги, поставила на ступеньку, а то и две выше архаической лестницы. Райнер был обожествлён этим Даром. Дар пришёл не даром. Он заслужил его, он был готов к нему. Посланная информация-просьба Творцу, нашла своего ходатая. Стать немым – это пик блаженства для Райнера. В тишине мыслей, слов, фраз, взглядов, шагов он уходил в новый параллельно-непознанный, волшебно-таинственный мир. « Я получил разрешение. Никому, ничего, никогда не нужно больше объяснять. Какое неисчислимо громадное количество бесцельно утраченного времени не использовано с пользой для добра, для Любви». Широкая, по-детски открытая всему и всем улыбка, осветила его проснувшееся от полярной ночи лицо. Он стал Другим…, он стал Другим собой. Слёзы безмерной радости хлынули непроизвольно с глаз, смывая едкий песок персоны Фейсина, оставляя стерильную чистоту непорочно-белого листа, родившейся девчушки-души и ещё раз подтверждая смысл родного, данного ему родителями имени, которое так долго томилось невостребованным. В этот миг он ощутил ангельскую свободу. Он почувствовал способность летать, так же свободно, как дышать и ходить, совершенно не задумываясь, как это можно осуществить и что для этого необходимо ещё что-то.

Выйдя на улицу, он впервые услышал голоса птиц, шепот цветов и трав, язык которых он так же неожиданно, а может, естественно вспомнил. Он знал его, когда ещё не мог говорить и теперь утраченное – нашлось. Он стал видеть прекрасное в самом обыденном, в незаметных и даже не совсем приятных вещах. Он мог рассмотреть отражение сияния звёзд в грязной уличной луже в будничный день, когда другим не видны были эти звёзды в небе, наблюдая с самого глубокого колодца.

Но…,конечно, же – «но» (должно же было возникнуть и это слово). После забытья в счастии, беспамятном празднике родившейся девчушки, добровольного блаженного сумасшествия, он был исколот слышимой грубой и страшно неприятной дисгармонией звуков, исходящих из сердец, снующих вокруг него суетных людей. Они стали также другими. Пелена с глаз, обман слуха больше не создавали ошибочного представления. Серость лиц, пустота глаз, хаотические звуки сердца и нестерпимо мученический крик-шепот заключённых в клети птиц-душ, повергли его в глубокую грусть, в болезненные раздумья ума, ставшего перед новым коаном, на который имеется только один единственно правильно сакраментальный ответ. Подсказки не взять нигде. «Слушать голос сердца! Что он может? На что способен один немой, пусть не такой как все, но один… Он не Архимед и ему не нужен рычаг, которым он перевернул бы Землю. Он будет приносить людям радость»,- решил, ещё не зная как. «Жизнь сама подскажет».

Не долго блуждая по улицам города, он натолкнулся на объявление о необходимости продавца в цветочный магазинчик. «Да»,- сказал мысленно Райнер. « Это то место, где я сумею немым языком цветов, разбудить людей, встряхнуть с них густо засеянный мох обыденности.

У хозяина лавки, не сказать, что было желание брать на работу немого и очень странного на вид продавца, но безвыходность ситуации поставила его перед фактом отсутствия другого варианта, а закрывать лавку так не хотелось. Не идя больше никуда, Райнер, с небывалым энтузиазмом спасителя Человечества, принялся за дело.

« Он - прирождённый цветовод»,- проскочила мысль у хозяина, наблюдавшего, как новый работник заботиться о своих цветных существах.

Погода была солнечной и Райнер, не задумываясь о запретах хозяина, принялся за реорганизацию старой жизни магазинчика. Начал выносить все цветы на улицу, перед этим тупо выставив хозяина туда же. Владельца переполняли мысли возмущения и изумления, но на какой-то волшебный момент, то ли от быстроты происходившей ситуации, то ли от непоколебимой уверенности в своих действиях, читавшейся в лице странного немого, то ли и то и другое, плюс какая-то непонятная лёгкая музыка, слышимая только ему, исходившая неведомо откуда. Всё это лишило его на короткое время способности говорить.

Цветы, немного подвявшие, в пыльном, забывшем хозяйскую руку помещении, сбрызнутые Райнером простой и потому волшебной водой и согретые на улице настоящим солнечным светом, без посредничества-тюремничества стекла, преобразились и запели. Их пение первым услышал Райнер, и потому его улыбка становилась всё задористей и заразительней. Новичок был занят генеральной уборкой и приведением в комфортное состояние временного прибежища одноногопрекрасных существ, источающих необычносказочно действующие на настроение и даже характер проходящих людей ароматы. «Каждый человек»,- думал Райнер: «должен по самой высокой ступеньке-возможности проживать свою каждую день-жизнь». И всем своим видом, и своими действиями, он притворял свои мысли незамедлительно – ведь время не ждёт, оно убегает от того, кто им пренебрегает и не ценит, к другому, награждая его новыми свершениями, притворяя в маленькую, но живую жизнь, дающую толчок в течение реки-жизни всего Человечества. Не надо думать, что делает твой сосед – всегда начинай с себя.

У хозяина положение рта, сразу выражавшее букву « О », постепенно переросло в букву « С », кончиками кверху. На ещё большее его удивление, пошла потихоньку, как старая, давно не смазываемая коляска, пущенная с горки, только что попотчиваемая

свежим солидолом, торговля. Как ему не хотелось, но сегодня торговать пришлось ему. Да и куда ему было деваться, когда новый работник был по уши занят, а люди, проходящие мимо, совали ему купюры в руки, не задумываясь о торге, снижении цены.

Вот уж, правда, странный немой, за какие-то два-три часа изменил всё в жизни старого цветочника. Ещё утром он планировал сдать на следующий день своё помещение в аренду соседу – «селёдочнику», за самую мизерную плату. Последней надеждой, как белый флаг - символ переговоров с индейкой-фортуной, стало объявление-приглашение на работу нового продавца. И молитвы, хоть и не громкие, но наболевшие – были услышаны Творцом. Старость, болезни, смерть любимой женщины – спутницы в его нелёгкой, но полной цветов жизни, подрывало его здоровье и веру в недалёкое будущее. Одиночество бередило душу и нагнетало тёмные мысли, так не присущие, раньше счастливому цветочнику. В глубине морщин, избороздивших его смугло уставшее от времени лицо, умеющий читать, мог бы прочесть повесть огромной и полной, ответной Любви, которую он каждый день трансформировал в своих питомцев, («птенчики»- так он часто называл цветочки).

Глава № 4

Стир, так звали цветочника, встретился с ней при очень необычных обстоятельствах, в небывалом до сих пор из всех живущих месте. До конца этой истории и даже по сей день, он не различал границы сна и реальности того, что случилось.

Попав на тот остров, его сразу же успокоило и обрадовало долгожданное сращение файлов, мыслей-грёз, снов и реальной жизни. Он был знаком со всем увиденным наяву очень давно. Ещё в раннем детстве ему начали сниться эпизоды из жизни неведомого острова, затерянного в пятом океане, вероятно одного из трёх параллельных миров планеты, его аборигены, блуждающие как-то странно… на ощупь. Эти сны не давали покоя задумчивому романтику. Эти люди не были похожи ни на одного из тех, которых Стир встречал в жизни. Все книги, прочитанные им, не давали даже приблизительных ответов на вопросы, рождённые снами, стававшими всё больше манией, не дававшей думать длительное время о чём-нибудь другом…, они давали возможность уснуть, только чтобы ещё больше углубиться в его ум, мысли, в его кровь. Спящий плавно, но уверенно, становился жителем далёкого острова, незаметно навязчиво становившемся его, сначала вторым, а далее открывался, как первый дом, дом из его первых жизней, которые Стир покинул, перешагнув в новый мир, но, не сумев до конца распрощаться. И потому во снах он жил параллельной жизнью в параллельном мире. У вас такого не бывает, читатель, а?

Глава № 5

В той местности все жители были слепыми, и может быть потому необычайной красоты. « Злая шутка »,- скажете вы.

Это был остров с фосфорицирующими облаками. Днём они впитывали солнечный свет, а ночью – устраивали праздничную иллюминацию для слепых жителей, которые, в общем-то, и не нуждались в такой подсветке. Они не нуждались ни в каком освещении. Днём, когда тучи расступались ровно по периметру острова, не смея и не в силах противостоять бесконечно жаркой мощи солнечных взоров. Но и не забывали зарядить свои невидимые аккумуляторы на последующую ночь энергией, способной отдавать свет, но уже без бархатно нежного тепла.

У людей бытовало поверье, вызванное вероятно страхом. Днём всё население острова спало, а ночью, когда исчезали последние лучи небесного огненного шара – просыпались и начинали заниматься своими делами.

У аборигенов, в противовес зрению, были остро, по животному, развиты чувства. Помимо всего этого, у них был приоткрыт, взамен двум видимым слепым – невидимый визуально третий глаз. Всё окружающее они чувствовали и осознавали кроме некоторых исключений, введённых Автором, придумавшем их. Например, они никогда не видели лиц друг друга. Никогда не видели зеркал, глади вод и потому своего отражения в них. Их внешности жили в их воображении в силу совершаемых поступков, сказанных слов и, может быть, голосов.

Солнца они боялись, как кары Божьей. Они боялись… ослепнуть. Так говорили, даже не подозревая, что они уже являются таковыми. Это, примерно, как люди сумасшедшие говорят, что они нормальные, или нет, как люди, считающие, что они сами нормальные, дают оценку другим, называя их сумасшедшими и даже не подозревая, что дело может обстоять совершенно иначе. Может быть, считающиеся сумасшедшими, как раз только что и стали, как бы родились второй или какой раз, нормальными полноценными Человеками, в момент, когда окружающие увидели их ненормальность.

Вся территория острова была густо засажена растительностью. Всевозможные диковинные плоды висели на экзотических деревьях. Стир поражался их вкусу. Они напоминали то смесь одних продуктов, то коктейль других – употребляемых дома. Для питания населению хватало плодов с деревьев, которые опускали свои ветки-руки почти до самой почвы, предлагая: « Съешь меня. Тебе понравится ». Зимы на острове не было. Было вечное лето. «Прямо рай!»,- скажите вы. Когда заканчивались одних сортов плоды, созревали другие. Надобности в мясе не возникало. Жители и слова такого никогда не слыхали, хотя животный мир был так же богат и многообразен. Стир здесь воочию столкнулся с теми видами животных, которые в его мире считались давно вымершими. Это и саблезубый тигр, и мамонты, и небольшие травоядные динозаврики. Все животные были мирными, ручными и потому становились любимыми живыми игрушками и немыми друзьями детей.

Стир, который был и знаком во снах с жизнью этой, не переставал удивляться всё новым и новым « чудесам», как он называл до этого раннее не виданное.

Глава № 6

Астрею Стир заметил сразу же по прибытию. Он узнал свою давнюю, заочно знакомую. Как героиню любимого фильма. Хоть, как уже говорилось, все жители были необычайной красоты, он выделил из всех именно её. Что-то непонятно магнитило и привлекало его к ней. Он подсознательно чувствовал в ней продолжение себя. Она была второй половиной яблока, которую он не мог найти в своём бывшем мире – половинка его яблока может быть только одна, единственная. Он её любил ещё до своего рождения.

Астрея безусловно так же узнала его с прошлых жизней по всему.… По резонансу стучания сердца, по голосу дыхания, по шороху шагов, по запаху волос, по ликующему пению озорницы-души.

Потому они обнялись при встрече без предисловий, ужимок и стеснений, как любимые после долгой и тягостномучительной разлуки. Влюблённые ждали этой встречи немыслимо огромное количество времени. И не нужно было слов. Всё было и так понятно. Происходило возвращение их странниц-душ в утопающую, счастливосказочную тишину, живущую во всём, когда они были вместе.

Глава № 7

Райнер убегал ранним утром за город. Там погружался в зелёное море трав, проваливался в малахитовость муравьиных лесов, слушал их беседу-песню с бродягой ветром, учился их течению жизни. Он срывал нежные, созревшие полевые цветы, правда только после соглашения василька или ромашки познакомиться с людьми, погладить густые ресницы, глаза, щёки, подарить ароматный поцелуй алым влажным губам любимых и любящих женщин, впитать запах этих чудных тел и остаться жить, паря в пространстве, оставив подверженное земному притяжению, теперь уже без живой души, бывшее тело - просто сено. В этом полевые цветы видели свою роль в жизни на этой планете со странным названием Земля, в этом измерении и потому с радостью соглашались быть сорванными…

Возвращался в лавку Райнер заряженный хлорофильной энергией трав с огромным букетом полевых цветов. Своим зарядом блаженства одарял всех, встретившихся на пути, вручая им полевые цветочки и с ними крупинки огня, своего проснувшегося сердца.

Настоящий друг

- Алло, Игорь! Привет! Выручай, ведь ты друг или где? Меня пригласили на день рождения, а я ну ни как не могу, хотя очень надо быть. У меня срочная командировка, которую не отложить. А день рождения у очень дорого мне существа. Моя хорошая знакомая пообещала познакомить со своей подружкой, то есть с ней, с той, которая не выходит у меня из головы уже последние 317 часов и …14 минут. Скажешь:"блажь", -нет, совсем нет, любовь - ??? Я стесняюсь этого слова и потому нет – это совсем новое слово, чувство, состояние. Короче с меня десяток методических разработок по ПСП и одна оперативная карточка церкви святого Евлампия. Что? Сомневаешься? Брось! Слышишь? У тебя так классно получилось на приёме у врача. Тогда весной, когда я потянул ногу. Мне нужно было на приём к врачу, помнишь?, и дочурку с турбазы в Крыму забрать в один день. Вспомнил? Ну что Вован чуть не проговорился медсестре, которая, вызывая следующего, произнесла мою фамилию, а встал ты – так это издержки жизненных планид. Ну всё ж утряслось, загладилось, больничный закрыли, нога перестала болеть. И усы у тебя такие же, а улыбка – ну прям как моя – такая же романтичная, по-детски доверчивая. Вот только тяга у тебя к "молоку от дикой коровы" – не детская. Но ты уж потерпи – ведь я не пью. Что?.. Три оперативных карточки? Чего? Похоронного бюро, ЗАГСа и морга? А церквей нет? А может две? Да? Нет? – Нет! А может.. – не может. Ну три - так три. Похоронного ЗАГСа в морге – так и быть. Ну ты то согласен? Попробуешь?.. и пиво? Какое пиво? Ну это грабёж.. Ты ещё будешь мне благодарен, приятно проведённый вечер… один, да только один…, с жутко интерестными людьми. Внуши себе, что ты – это я. Покажи, какой я классный эрудит, юморист, спортсмен, букинист, меломан, турист, анархист – шутка и … кто? Оппортунист? Ну у тебя и шуточки..., нет я хотел сказать и хватит, так как я ультраскромный и в меру застенчивый, когда дело подходит к общению с ихним полом… что? Какой паркет? Линолеум? Дорогой? Слушай «Братан» не остри – пол , я имел в виду женский, тот, который любят, гладят и целуют, а не тот на котором делают разные упражнения, а потом вытирают об него ноги, хотя и любят, впрочем… с первым такое то же случается, но здесь разные формы любви и кому как повезёт. Короче, сделай так, чтоб она в меня ну… ну хотя бы влюбилась. Поверь в себя, я в себя всегда верю. Ни пуха. Всё. Батарея садится. Подарок купи. Пока.

- Привет! Только что приехал. Звоню сразу узнать. Как всё прошло? Да? Ну я рад! Я же тебе говорил. Что сможешь, когда захочешь, а ты сомневался. Хотя я это понял чуть раньше. Я ехал в автобусе, а она мне махала рукой – приветствовала. Я даже сразу не сообразил, что мы уже знакомы, но в последний момент осенило, что ты выполнил мою просьбу с успехом. Молодчинка. Хорошо, что автобус не остановился, а то я бы не знал, что и делать? Как? Не ожидал, что так получится? Ну дак моя установка. Значит я ей понравился. Это очень «бестово». Когда я договорился с ней встретиться? Сегодня? Молодец – рвёшь подмётки с места. Так и нужно, не сбавляй темп. Что опять ты? Ну а почему бы и нет? Тебе же приятно. Что для друга, для настоящего не сделаешь. Твоя что-нибудь знает? Вот и прекрасно и не нужно ей ничего знать, всё-равно истолкует не так, как есть на самом деле. Ну так вот – сходи с ней в кафешку, ну или ещё… Не договаривались. Ну дак, что нам стоит… Пойми, я с ней общаться в физическом плане совершенно ещё не готов. Хотя всю поездку думал только о ней, чуть заказ не завалил. Слава Богу – обошлось. А оперативные карточки с пивом, я тебе нарисую в ближайшие 2-3 дня. Что? Позаниматься по математике с твоей школьницей? Какие вопросы – без проблем. Ну вот так и порешим. А ты уж не скупись в эпитетах по поводу своей, ну то есть моей персоны. Наверное, это может быть даже и любовь.… Ну, давай дерзай и звони – буду ждать. "See you"

- Алло, "братан", здорово! Ты что не звонишь? Я же переживаю. Ну рассказывай, как там что? Ходили в сказку? Она побывала, как в сказке. Так прям… так и сказала? Ну ты шаман! Надеюсь не в "Сказку" повёл? – ну догада! Вот за что я тебя ценю – так это за мою догадливость и дальновидность. Ты пообщайся со мной, не таким ещё станешь. Какие счета, кто у кого в долгу? Ведь мы же друзья. Ведь так? Ну вот. Ты о математике – пустяки, обращайся, когда надо… что опять?.. встреча? Ну ты гигант. Да нет, я не против. Пикник на природе? Это тааак романтично… Сам придумал? Она? Да?.. Вот видишь? Я же говорил тебе – творческая личность, интуиция меня не подвела. Мне? С ней? Вместо тебя? То есть вместо себя, то есть мне без тебя, то есть с ней наедине? Вдвоём? Без никого? Вот так вот и на пикник? А что? Наверное пора. Ты знаешь, я, по-моему уже, можно сказать, теоретически почти созрел… И палатку возьмёт? Зачем? С ночёвкой? Ну "брат" теория это не совсем то… Мне "почти" мешает… Знаешь, я вижу, неправильно ты объясняешь своей Иришке домашнее задание. После твоих объяснений только «неуды». О чём ты только думаешь? А что ей на завтра? Сочинение?!! Ну это ты точно завалишь. На работе подменился? Нет? Так чего же ты ждёшь? Что я пойду на пикник? А сочинение ты за себя напишешь? Так что давай кабанчиком на работу и собирать рюкзак. Что? Твоя в ночную? Тем лучше. Дочка боится спать дома сама? Мне в палатке то же не фонтан, да ещё с девушкой, с незнакомой… Я же не знаю её скрытые фантазии. Вообщем план такой: я пишу за тебя сочинение, ночую у тебя, чтоб не было никому страшно, жена всё-равно в ночной. А ты? За меня… Ты сможешь, я в тебя верю. Разожги костёр побольше, запасись Северянином, Мандельштамом. Нет, Пушкина оставь мне с Иришкой. Цветаевой – другое дело, она пойдёт. И читай ей в ритме Беллы Ахмадуллиной – так она быстро заснёт. Авось, всё и обойдётся. Главное помни: я это ты, а я уже давно это помню, и всё будет "чики".

- Игорь? Привет. Пришли? Так быстро? Уже трое суток? Как быстро улетают лучшие минуты жизни. Ну рассказывай, рассказывай. Ого. Да ну… Угу. Как? Как? Нет не в этом смысле, а в смысле, что даже так? Ты конечно друг, но так вдруг – и кто? друг! Дааа! Одно тебя может оправдать, что ты был мной, ну а я, в свою очередь, ни в чём, нигде и ни чем не ударил в грязь ни капельки. Пятёрка по сочинению!! Жена? А что жена? Да ничего, жена, как жена, что ты свою жену не знаешь?, получше меня, я думаю… Правда с работы пришла неожиданно поздно, точнее рано – было два ночи. Кто-то ей "по-доброму" сообщил, что тебя, будто бы с другой видели – "интересненькой". Удивилась? Нет. Я – да. Но вовремя опомнился. Как мог показывал вид, что я не я, а ты, тем более было темно. Да она ж явилась – я спал, не о чём не подозревая, сон снился, эротику крутили, а тут… монтаж, думаю. Я спал очень глубоко. Я и сейчас не пойму, сон это или… Да, так о чём это я? О сне? А? Так вы спали в палатке вместе? Не о вас? А о ком? О моей жене? У меня нет жены. О твоей жене, когда я был… кем? Тобой? А? Ну да. Да глубоко спал я в ней, то есть она во мне, то есть ты… ну ты понял, что я глубоко… спал. И так все три ночи не просыпаясь, так толком ничего не помню. Пока было темно, она ещё постанывала, как я изменился. Но я так и не понял, кому были адресованы эти слова, тебе или мне? Наверное приснилось что-то. А? А днём звала Игорем. Так что она ничегошеньки не заметила. Вот, что значит самовнушение, гипноз и сила перевоплощения. Учись. Хотя ты, я вижу, способный ученик. Домой иди спокойно. Никто ничего не поймёт. Ну, до скорого.

- Да. Я. Игорь. А Игорь – это ты? А я думал… Что? Ты сделал ей предложение? В три часа ночи? Днём? Ты что! Ты же женат, у тебя дочь – многоженец. Как? Что? Как? Да я не в смысле так сразу, а в смысле, каким образом. А? Так это я сделал предложение? Да не готов я к такому серьёзному шагу. Я уже сделал? Нет, не делал. А ты утром позвонить не мог? Три ночи не для таких предложений, у меня файлы в анабиозе, не то что… Ты сделал за меня? Это ты того, поторопился. Что? У меня будет ребёнок? А ну дыхни… , то есть сколько бутылок ты пригубил? Бросил пить? Это серьёзно. Прям как я. А я немного начал. О каком?… о чьём будущем ребёнке ты говоришь? Твоя мне ещё ничего не говорила. О своём, как о моём, тобой сделанном, как я просил? Ты меня моим мной от себя совсем замнил, замял…, тьфу ты, запутал. Значит о том, а не об этом… Ни о каком ничего такого я не просил. Ну было, ну… и это было, а вот этого не… , а я с твоей… по-честному, а что мне оставалось делать, как не прикрывать тебя грудью, не остри – "голой грудью". Так, что ж мне прикажешь в шубе спать, что ли? Что? Мне? Что понравилось? Ну ничего… Ну…, ну понравилось – не понравилось, какая разница? Что борщи? Да то же понравились, да и кофе в постель то же… при чём тут это? Короче, раз ночь на дворе и ты не спишь, значит ты что-то придумал. Выкладывай. Всё-равно ведь не дашь заснуть…( Раньше только я мог звонить без зазрения совести, что могу разбудить мою, твою, свою… чью-то жену). Так. Так. Интересно. А я к тебе. Оригинально. На долго? Ясно. Что для этого нужно? Обменяться? Шкурами? Умами? Чем? Всего лишь? И этого достаточно? Воистину, всё гениальное просто. Паспортами. Да я к твоей уже привык, как будто всю жизнь так жил. И главное, паспорта, при желании, в любой момент, снова можно будет поменять. Только одна просьба – не меняйся, будь таким, как я, и ты будешь самым лучшим, настоящим другом.

Поезія

Пам’яті Бориса Мозолевського

Він слав свій погляд у далеку далечінь,

Поверх зірок, стихій і часу,

Поверх тенденцій, нарікань, стремлінь,

Своєму вірний власному компасу.

Він геній пошуку, та перш за все - поет,

А тому все задумане - вдавалось,

Хоча життя для нього битва, а не мед,

І скіфське з нього часто виривалось.

Пришелець із минулих поколінь,

Він пам'ятав давнішні поховання,

А також тексти й музику молінь,

Як супровід, з царем-мерцем прощання.

Він степом жив, пив запах стиглих трав,

Вогонь вночі проносив його в вічність.

За погляди він болісно страждав,

Конкретикою жалив полемічність.

А тому протерпівши до кінця,

Проживши в «пеклі» - мав надію на спасіння.

І він воскрес, познавши суть Творця,

І жати став вже визрівше насіння.

Так, він бунтар, він воїн і борець,

А в глибині очей - свята дитина.

І він поет, він геній, він творець,

Бо, перш за все, - він справжня був

ЛЮДИНА!

12.09.2018.

****

Ты знаешь, я знаю, что знаешь всё ты,

Но ты, что я знаю – не знаешь

И этим всем знаньем я выдам себя,

И ты всё предельно узнаешь.

Узнаешь, что я знаю тебя,

И, что ты об этом не знаешь,

И ты вот тогда-то захочешь узнать,

Чего обо мне ты не знаешь.

И ты всё узнаешь – и будешь не спать,

Так как я об этом не знаю,

Ты будешь всё знать - и ты будешь страдать,

Пока снова я не узнаю.

Узнав всё об этом – я буду не спать,

Как ты не спала, всё узная.

Всё кончится, точно я знаю тогда,

Когда мы помиримся, зная,

Что все наши знанья отравляют наш сон

И очень нам мутят сознанье,

Не спать вдвоём, мы знаем теперь -

Гораздо приятней, не зная, что...

05.03.1989.

На крыльях ВЕСНЫ

Когда оглушающий крик не смогу я услышать,

От капли проснусь я ночью глухой,

Тоскливо зимы слёзы катятся с крыши,

Весна наступает! Мой друг – Непокой.

Душа исстрадалась – всё тучи стояли,

Но вымыты мысли дождливой волной

И с грязным потоком уходят печали

Я снова при теле, я снова живой.

И я вырываюсь из приторных комнат

На воздух, под дождь, где так пахнет Весной,

И мчусь, как чумной, ни о чём я не помня,

На ветре-коне я взлетаю стрелой.

Вы слышите солнце, вы слышите небо?

Танцуйте по лужам, не бойтесь дождя,

Вы будете счастливы, как ещё не был

Никто, ни за что и нигде, никогда.

Вы ветром летите, сиреневой песней,

Вы слышите музыку на небесах,

Не страшны вам дали – ведь вы буревестник,

Вы слова такого не знаете – « страх ».

Вы любите Землю, вы страждете Неба,

Прелестен вам день и вам ночь не скучна,

Уходят печали в далёкую небыль,

Вы любите Жизнь и взаимна она!!!

11.03.1998.

Этот взгляд вечно пристальных глаз,

Огоньков любопытных, но строгих,

Без мозольнофальшивых прикрас,

Неиспорченнобосоногих.

Два застенчивомудрых огня

В них горят первобытностью рая.

Ты не в силах им что-то солгать,

Они дышат, тепло излучая

Они смотрят и видят тебя,

А на это способен не каждый,

Догмы прочь, они видят любя

И изъяны для них уж неважны.

В этом взгляде дыханье морей,

Чистый воздух альпийского края,

Тишина несозревших степей,

Беспредельное празднество мая.

В их тепле нет «за»,«против», лишь «так»

Маски нет, есть лучи – чистой правды,

Они могут «купиться за так»,

Всё простить и не помнить неправды.

Мы их судим, не помня себя,

Их корим, сами любим страдая,

Мы серьёзно играем любя,

Они флейтой «по-жизни» играют.

Мы не слышим их нежной игры

Мы не видим их тонкие вздохи,

А потом превращаются в льды

Наши парадоксальные крохи...

26.11.1997.

Мы посажены в клумбу, чтобы расти,

Мы себя пародируем, зная й не зная,

Не хотя – говорим, хотим крикнуть – молчим,

Мы загадки себя, мы умны вне сознанья.

Поражённые вирусом жить «только так»,

Что включает тянуться по-всякому,

Кто умён, тот у нас всегда выйдет... дурак,

Вот куда?... Здесь известно не всякому

Мы повтор чьей-то древней истории,

Мы шуты с изменёнными лицами,

В небывало большом «лепрозории»,

Ну а автор же наш – за кулисами.

Изучают нас вдоль, так же поперек,

Измеряя диаметр окружности,

Подтирают наш нос полный сопелек,

Изменяют нам облик наружности.

Мы ни сном же, ни духом не ведаем,

Что под линзой у них мы вращаемся,

Ну а те – прилетят за анализом,

Ну а мы?.. - Иногда удивляемся.

Разбавляют нас войнами, пьянками,

Травят ядами нас и женитьбами,

Лечат травами, мыслями, песнями,

Удушают нас инфоргонитьбами.

И мы сыты становимся голодом,

И пьяны мы от трезвого атома,

Мы мертвы от прогресса насущного,

А вот живы душой и молитвами.

Мы лишь плод, мы анализ от опыта.

Он для нас так всю жизнь продолжается.

Они мыслят, где мозг бы заштопать нам,

Но, а швы на нас всё расползаются...

04.01.1991.

Я мечтаю о сне, о неясном, расплывчатом,

Только мысли, намёки, обрывки от фраз.

Словно ветре коротком, но нежнопорывчастом,

Полумрак, полушепот, намёк на экстаз.

И лило в полумраке чужое, но милое,

Может быть, и знакомое с жизни иной.

И сиянье тепла голубое иль алое,

О котором, вдыхая, теряю покой.

Лёгкий шорох одежды небесно-невидимой

И безмерно сердец оглушающий бой,

И пустынная жажда надежды невиданной.

После пытки-молчанья услышать: « родной ».

А услышать чуть слышно, как будто то кажется,

А, услышав, хотеть шепот слышать ещё,

Знать, что буря в груди никогда не уляжется,

Разгораясь, пылать – хоть на смерть, но ещё

И как будто в другом, неземном измерении

Потерять резко слух, лишь движение губ,

И забыв о пространстве, о скорости, времени,

Трогать пальцами кожу, молить не вспугнуть...

И за этим, за всем, за земным, за хотением

В щель задёрнутых окон взирает луна

С очень желто-больным и скупым выражением

Незаслуженной муки, тоски без тепла.

И уж звёздное небо «снежинками» светится,

И с луны покатилась слезинка-звезда,

И сгорая, слеза вновь надеждой затеплится

У того, кто летящей её увидал.

29.10.1997.

Живой поток ночного неба

Смотрел глазами звёзд-огней

Ты хочешь любить очертанье своё,

Ты можешь любить, сознавая его,

Ты хочешь узнать, что внутри там поёт,

Бывает, что плачет, жалея …кого?

Ты хочешь любить очертанье,

Пусть это тревожит сознанье,

Осознанно впав в безсознанье

Ты дух беспокоишь других.

Других же тревожит, возможно,

А третьих порой и безбожно,

Что ты весь в любви безнадёжно-

Тебе хорошо и без них…

Они же всё дети Иуды,

Завистники, злыдни, зануды,

Виновники битой посуды

Не могут спокойно так спать,

Они не способны молчать

Они теперь будут искать

Тот яд, коим будут мутить –

Ту воду, что будешь ты пить …

Ты хочешь любить – так люби же,

Безумно, как горный поток,

Ты хочешь пылать – так гори же,

Не думай, какой будет прок!

18.01.1998.

Взмылись ввысь бесцветные птицы

Птицы-мысли клюют мои сны

Я читаю и музыку слышу

Коды жизни мне шепчут они.

Воском капает жадное время

И царапает душу стекло

Я несу свое глупое бремя,

Я несу, хотя, в общем, никто.

Холодок мои клетки разбудит

И я прятать их буду опять

Только мозг ничего не забудет

О чём тени мне будут молчать.

30.04.1998.

***

Ты в кривых зеркалах встречных глаз

Выбираешь кривую дорогу,

Ты ныряешь, как в шторм – мимолётный экстаз,

Утонув, удивляешься Богу.

***

Я могу видеть иногда…

Я могу видеть…

Я могу видеть в других себя,

Я могу видеть…

Я могу видеть в себе других

Я могу видеть… иногда.

31.05.1998.

БЕЛЫЙ ПОЦЕЛУЙ

Белый поцелуй

Может, кто не знает

Скажете, не может быть

Вот и нет! Бывает.

Белый поцелуй

Невесомо чистый

Бесконечно ласковый,

Но печально быстрый.

Белый поцелуй

С холодком, быть может

В жар сердечко разбредит

Душу растревожит

Белый поцелуй

Медленно ложится,

Когда несказанно крепко

На кровати спится

Белый поцелуй

Беззащитно чистый

Глубоко торжественный

Жемчужно лучистый

Белый поцелуй

Землю изласкает

И с волшебной нежностью

Сказочно растает.

29.01.1998.

Я ухожу … падает дождь

Зеркало смотрит…, что бы это?..

Я двигаюсь…

Бессознательно, невнимательно, беспроизвольно,

Глупо, слепо, нелепо, тупо,

Без следа и стука…

Я есть…, меня нет

27.10.1997.

***

Снова выпадет «вайтовый» снег

И укроет «блэковую» землю.

И «хорсы» побегут по снегу,

Словно не полосатые зебры.

Я умоюсь и выйду на «Снов»

И услышу морозное утро

Я умоюсь от сумрачных снов

Счастлив я на эту минуту.

Искры брызнут из радостных глаз

Солнцем встретит открытое небо

Я приветствую всех милых вас

Вас прекрасных от пяток до лоба.

22.11.1997.

***

Я боюсь наступить на лежащую тень,

Что же тень – это я, или я – это тень?

По осторожному пути

С повязкой золотой иди.

Пусть не тревожат никогда

Сласть, власть и злато – суета.

Ты верь в себя и глас Небес

И слушай всех, внимай лишь вес

Пусть по тернистому пути

Представит жизнь тебе пройти

Меж всех колючих тех ветвей

Лежит, как луч во тьме ночей

Из серебра живая нить.

Иди по ней, чтоб смог парить.

Пройти по ней есть трудный бой,

Неся с собой кувшин с водой.

Смертельный грех кувшин разбить,

Душевный жар – воды разлить,

Нельзя свернуть, убийство – ждать,

Пусть суеты не избежать,

Сквозь пытки волю закалять,

Идти вперёд, упав, вставать…

И ты иди и верь Ему,

Пусть ветер теребит суму,

Сменяет жажду пусть зима,

Свет режет глаз, а мысли тьма…

Добьешься цели лишь тогда,

Когда нетронуты уста.

30.10.1999.

Уходя – уходи, не жалей, не скорби.

Будет грустно – грусти, станет трудно – терпи,

Будет много – раздай, станет мало – верь в май,

Будет сладко – живи, продолженья не жди,

Будет горько – налей, ожидай новостей.

Убегая от бед – ты на месте стоишь,

И купаясь в деньгах – ты церковная мышь,

Поучая других – ты теряешь себя,

Лишь в безмолвии – свет, в суматохе лишь тьма.

Молча делая Дом, ты построишь Дворец,

Претерпев до конца – обретёшь ты Венец,

Ты, не зная пути, слушай голос Души,

Уходя – уходи. Не жалей… не греши.

04.07.1998.

***

Желто-пушистую нежность

Я повстречал у дороги

Желто-пушистая нежность

Нежилась о мои ноги.

02.06.1998.

***

Прищурь глаза, и не скупясь,

Пусть слёзы льются не стыдясь,

Всё объяснит и смоет грязь

Причинно-следственная связь.

07.11.1998.

Чаще протирайте окна своих душ,

Смахивайте с них пыль вам чуждых мнений,

Не травите первозданный данный Богом дух,

Смоком сигаретным, копотью сомнений.

Промывайте окна – утренней росой.

Частотой живите – трели соловьиной.

Запах пусть несёт же, Вам пчелиный рой.

Помните о том, каждый день – единый.

Пропускайте в окна – радости лучи,

Льющейся с сердец – к вам лицом идущих,

Не убейте в них – веру в чистоту,

Дайте им надежду счастья и в грядущем.

08.11.1998.

***

Я хочу вдыхать кислород птиц летящих,

Я хочу пить росу трав звенящих,

Я хочу так любить, чтоб не помнить,

Я хочу просто жить жизнью полной.

07.01.1999.

***

Мне бы Неба капельную крошку,

Мне бы Солнца с ягоду-морошку… (но мою)

Просто

Просто забыть обо всём,

Просто начать с нуля,

Просто не знать ни о чём,

Просто жить всё простя.

Просто утром проснуться,

Просто в простую траву,

Просто уйти, умалиться,

Просто сказать: « Я – живу! »

Просто увидеть НЕБО,

В полнеба простую ЗВЕЗДУ,

Заново просто родиться,

Просто нищим иль принцем,

Просто понять простоту.

Просто зажить, как надо.

Самим собой … не говоря.

Всё просто делать.

Не ждать награды.

Лишь просто зная, что не зря.

Устать, иль остаться живым …

Установить жесткий режим …

Устать – легко, попробуй жить,

Через «ежи» - любить, творить.

Через порезы битым стеклом –

Видеть себя, чистить свой ДОМ.

Через очистку крови пустой

Выдавить вакуум, банный застой.

Выдраить кожу мешочным холстом.

Выпить все чистки –

возвысить свой ДОМ!

После впустить далёких гостей

Из зазеркальных небесных далей

Божью Прозрачность,

заоблачный Дух,

Верхнюю Даль,

сверхфоновый Слух.

Пусть эти гости останутся жить,

Станут тобою, чтоб к звёздам парить.

Раздвигая ночное пространство

Движут, резано гордые птицы -

Это схоже скорей на шаманство,

Вяжет взгляд, по ночам часто

снится.

- Почему я сейчас это вижу?

Видно что-то по жизни со мною …

Я немую мелодию слышу …

- Что я знаю? – Чего в мире стою?

Я возможно частица Вселенной –

Незначительная …, да небольшая.

Я крупинка волны седопенной

Бьюсь о берег, о море мечтая.

И любуясь, как гордые взмахи

Сильных птиц разрезают запреты,

Я роняю завистливо ахи …-

Не подвластны мне ваши обеты …

Слеза слезала слёзной стёжкой,

Разбрасывая соль души.

Жгла путь огнём, давила крошкой,

Будила пулю в злой тиши,

В кадык врезался костный ком,

Висел трудом, пудовой гирей.

Расплавить легче телом лом,

Чем умалить свою гордыню.

Трагизм во сне, сон ко двору,

Баранок нет – грызите дырки…

Инстинкт вопит – бежать в нору…

… лежать в сору… до новой стирки.

Де бутність не обтяжена свідомістю

Ми хочемо проникнути колись,

Де байдуже і хороше, без совісті,

Тримай лиш нитку долі та молись.

Часу нема – його більше не треба,

Життя тільки мить, розтягненав Вічність

Насолода в утробі матері неба,

Прошу пробачення Ваша Величність.

Це в змозі сягти за бажанням будь-хто,

Другого себе відпусти без жалю,

Він смертник живий, пусте – він ніхто,

Тримай шлях Любові, лиш так ти в раю.

Я хочу побачити ваші страждання,

Щоб знати, на скільки ви здатні кохать.

Я хочу почути всі ваші бажання,

Щоб в змозі частинку свого упізнать.

Я хочу торкатись до вашого світу,

Вдихати вино квітучих садів.

Я радо віддам останню вам свиту,

Щоб розквіт душі не знав холодів.

Живіть недоторкано, ніжно, всесяйно,

Хай буде як є, чи було тільки мить,

Не треба нічого робити негайно,

Лиш в мріях я в змозі ваш світ охопить.

Я устелю постель твою цветами –

Фиалками, гвоздиками, жасминами,

Ромашками и васильками, и васильками…

Укрою две босых и милых пятки…

Открыв глаза – закроешь, будто в прятки

Собралась с птицами играть.

Ведь все цветы есть птицы пред рожденьем

Наполнят ароматом всю тебя,

Твой сон растает тучкой предрассветной,

И не поверив, спать будешь наяву,

И шевельнуться будет страшно,

Чтоб не вспугнуть всю сказочность цветов,

Последний раз потянешься так сладко,

Замедлишь выдох, ещё миг и зов

Мирской услышишь…

и станешь вновь собой,

И…побежишь за суетой…

Сьогодні в королівстві дійство повинно чинитись,

Опівночі дорідна сука мусить напевне щенитись,

В поетів римам неземним настав час родитись,

Бо повнолуння, повномріяння, повнодіяння любитись.

Життя виносить свої бажання,

Ходити досить – пора кохання

І невимогливість прохає страждання,

Безвихідність – святого покарання.

Покинуть жаль, втопити згагу,

Ти бачиш СВІТ, чекай вибагу.

Не гія з пеку, не мусиш сходу,

Хай Місяць п’ятаком зповінчує свободу.

Нова Зеландія на небі марить,

Як хочеться пропасти, закімарить,

Полинути у світ Святої Діви,

Де лиш мелодії та співи.

Думки залишили останні піраміди,

Лиш нісенітниця, думки-хламіди

Будда цілується з Перуном,

Персей полинув степом Бруно...

І все ось так тихенько осідає,

Розум мовчить. Душа співає.

ОНА

Она – лепесток от цветка,

Она …,

Она – проста, как всегда, -

Она …,

Она – луч ранней звезды, -

Она …,

Она – надежда мечты, -

Она …,

Она – холодок от снежка, -

Она …,

Она – завершенье прыжка, -

Она …,

Она!!! Нет ответа на «нет».

Она …,

Она дарит радость и свет.

Она …,

Она – поцелуй всех миров, -

Она …,

Она! Взгляд – солнца покров!

Она …,

Она – предел Нефертити.

Без неё …,

Без неё – Ариадна без нити.

С ней …,

С ней – всегда будешь рад.

С ней …,

С ней – как сотня наград.

Она …,

Она – сама есть собой, -

Она …,

Она – с открытой душой, -

Она ...,

Она. … Всё молчу, я немой.

Разрыв в груди расправил крылья,

Все костыли остались былью,

Сорвались шоры шептунов,

Слетели шторы с берегов.

Он делает шаг, ещё ... и ещё ...

Рождённый лишь ползать - пошёл!

Где те крикуны, что клевали: «нельзя"?

Молчите ехидны, судья вам земля.

Он в Правду поверил, себя - сам нашёл,

Услышал Глас с неба, страх татью ушёл,

Не видел сомненья, Любовь осознал,

Расправил ... Разбег ... Полетел!!! Не упал

Холодно… Холодно…

Дует снег, льёт мороз

Из сердец, что из тьмы…

Кто согреет?... – Лишь мы.

Холодно… Холодно…

Одиноки во всём, Одиноки везде

И в кругу за столом,

Не поможешь беде…

Холодно… Холодно…

Огрызки тепла… голодно, голодно…,

Полупьяно в груди, полусумрачно

Коль собрался – иди… Боязно? Боязно!

Холодно… Холодно…

Город полон людей… - мёртвые? – мёртвые.

Иней лёг на уста,

На деснице туман… долго ли?... долго ли ?...

Вспоминая А.Башлачёва

Реквием

Прекрасен день в своём безумии,

В живом безмолвии, немом раздумии…

Вот это сцена – раскат вокала,

Вот он в постели – она застала,

Она устала…, она пристала,

Его ей много, ему всех мало.

Полёт не вышел, жизнь захромала,

А был так виден рассвет накала,

Театр в жизни, вся жизнь – театром

Прошла…, как в призме закрыли атом.

Ему б взорваться, взлететь да к Солнцу,

А он в темнице, в сухом колодце.

Затёрли веки, сложили руки,

Связали ноги – да в гости к скуке.

А там Немая летает, воет

Ну, причитает, что мир хоронит…

Кабы подняться, но гвозди в сердце,

Кабы проснуться с слепой бессонницы…

Ах, Солнце, где ты? Какой звездою

Сгораешь в небе свечей святою.

Да не спеши так, сыграй заминку,

Потлей немножко, продли волынку.

Эй, ветры в поле – поддуйте духу.

Ещё немного – журчи кровуха,

Судьба – бродяжка, винца подлей-ка,

Стоишь старушка? Всё ждёшь злодейка?

Ну не хочу я тебя бояться

Играй с косою, а я – паяца.

Паяц не может косы бояться,

Ликуй старуха – сгораю в танце…

Откройте дверцу своего пространства

Я мягкостью укрою лезвие металла,

Не противостою – ломаться, это мало

Жесточиться – предел примитива,

Я отраженье в позитиве.

Я позитив без позы,

Не негатив от прозы.

Не продолжаю резонанс,

Не резюмирую «сеанс»,

Не результат от опыта,

Не постулат до копоти…

- Улыбка – щит бессмертный,

Раздайся, нагл каретный.

Разлопните в слоновости,

В словесной деревянности,

Язык такой воздушный,

Запрягли в вожжи косности

Взываю к совести, живущих всуе…

Акститесь, грешные, так жить – безумие!

Так хочется забыться, заснуть, переродиться,

Умыться иль упиться, иль тихо удалиться.

Я ищу тишину в незнакомом трамвайном вагоне,

На вокзале ищу – на бушующем людном перроне,

Я ищу тишину в беспокойном церковном трезвоне,

Я ищу её там, где она в летаргической коме.

Я надеюсь поймать её полную тайны улыбку,

Осознать её сон, иль сознательно сделать ошибку.

Я осознанно вижу предел и тем самым его отвергаю

Пребываю частично в раю, а частично с судьбою играю

Перелёт с подсознания фраз по эфиру немого вокала,

Я физически падаю в снег, мне статически холода мало.

Вы ошибётесь, думая, что я ушёл,

Уходя, я посею надежду

На возврат со счастливым концом,

Всё пойдёт по-другому « как прежде»,

Мой шепот будет в ласках трав

И песня плыть – в побеге ветра,

Я посмотрю глазами звёзд.

На мир, восставший вновь из пепла.

Я буду пеплом той земли,

Чьи паузы давали темы,

А вьюги в уши жар мели,

Любви небесной теоремы…

По ту сторону памяти,

Не поможет и памятник

Напишите мне весточку

Из другой производности,

Занесите повесточку

В светалтарь всей народности

И зажгите огарочек

Обо мне неприкаянном

Из травы свет-ромашечки

В светлом поле, где солнышко

С братцем месяцем дружится,

Отражаясь всё в лужицах.

А рукава не переделать

И воротник не перешить…

Вы хотите со мною побегать?

Иль собакой на Солнце повыть?

Вы теряете пасмурность с бликами ночи,

Пасмурность к ночи уже не нужна,

Звёздами светят кошачие очи,

Видно к лицу вам старуха-луна.

Вы теряетесь в выборе, торопитесь в роли,

Порешительней «выплыли», - вас «прокололи».

Выбор, как выторг, пан иль пропал,

Небо, нет зашморг, конь захромал.

Феникс не вытлел, ставки в нули,

В море, как вымпел горят корабли

Алые…. Запоздалые,

Потому и сгорели – не плывалые.

Отпели свирели – не свирелые

С неба хлынула манна – странно…

Да желудёвая – не путёвая,

А жемчуг застрял в дороге – не случайно…

Не вызрели.… Трескайте желуди –

Жемчуг не сможет поняться… перетравиться,

Может воздасца, в «некстовом» круге,

- Всё по заслуге, по форме носа

- Ну, ооочень курносы, ближе к дубам, чем к устрицам,

А слизкие пусть выковыривают там,

И жемчуга к тем берегам,

А нам – тарам-парам, парам-тарам и в храм…,

Вот только в тот ли? (в тот бы …)

Мы подошли тихонько к небу,

18.07.2001.lanch.

Оно укрыло нас собой

Здесь край земли, а он здесь не был

А я здесь был,свободу пил,

Как легкий мед,как божью манну

Пусть ум уснет, я неустанно

Вдыхаю сок секунд Любви

Я призываю всех живых

Проснуться как-нибудь пораньше

Лишь бы порыв души не стих...

20:06 26.07.01

Бесконечность желаний

- Что нужно тебе для того , чтобы это ?…

- Вот это , вон то , вот вон то и …вон то .

- А то ?

- Да и то .

- А вот это ?

- И это .

- И всё ?

- Нет не всё …

- Что ж ещё ?

- ещё , …и ещё , и ещё ...

- Теперь то уже ?

- Как уже ? Нет , нет , что ты . Вон там , вон за тем есть ещё ого-го . Вот это вот да-а . Если то , то и это . Потом уж конечно и всё . Хотя впрочем нет , так как этого мало . Когда бы умножить , тогда может быть …Быть может …

- Быть может быть – да ?

- Быть может …

- А может и нет ?

- Может быть …

- Быть может умноженное приумножить ?…

- Конечно , бесспорно … Как можно иначе ? , иначе ведь просто неможет и быть . Возможность умноженное приумножить и множество множников перемножить , потом всё сложить , перечесть , переложить , добавить , дошить , доложить и …

- Спалить !!!

- Спалить ? !!… Это мысль и присвоить страховку , потом за неё ещё больше купить , потом положить всё – всё в банк под проценты …

- а так же себя – чтоб зря Свет не коптить .

- Себя ? Нет , нет … Как ? Нет , не стоит …

- Отнюдь … Почему ж ?

- Ну , а как же там жить ?

- Ах как жить ? Вот вопрос . Если так – то не стоит .

- А что же тогда ?

- Ничего . Просто быть . Любить . Говорить . Не хотеть , не копить . Не знать . Не иметь . Не имея , забыть .Остаться собой . Улыбаясь ходить .

Захочется – плакать , расхочется – стыть .

И снова , и снова , снова любить .

И петь , и играть , и плясать , и дружить .

И бегать , и прыгать , и видеть , ходить .

Кричать под дождём , всем букеты дарить .

Какая тишь в душе у глухого ?

Что видит слепой в своём сумрачном сне?

""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""

Ты смотришь в даль, вплавляя в угли,

Свой хвойный взгляд, под треск костра.

Ты одиноко понимаешь

Жизни пустую маету...

Костёр горит, ты не страдаешь

Страдает он, сгорев в мечту

Прекрасней смерти не придумать

Сжигать мосты в момент любви.

Не надо слов, нелепо думать

Смотри на угли и живи.

В них тайный смысл,

В них лунный камень,

В них блеск невидимой звезды,

В них тайный знак запретных знаний,

Что лишь на миг познаешь ты.

........................................................................

Чужая боль твоей не станет, когда живёшь ты с ней чужой.

........................................................................

Что слышишь ты, когда на угли

Взираешь в миг конца любви

Угли внутри - ты ровно дышишь,

Пожар в груди, что в ней ты слышишь?

Космос души сгорает бумагой

Угли пылятся, за ними что?...Тьма...

......................................................................

Купаются в мыслях Карпаты,

Купаются мысли в костре...

.......................................................................

Я наблюдал за утром новой жизни.

И был покой и тишина...Гармония природы.

.......................................................................

Дождь любви смывает следы прежних мыслей.

.....................................................................

Костёр угас - остался пепел

Ему в друзья бродяга ветер,

Что бродит в пьяной голове

Похмелье любви, лишь слёзы от дыма,

А ты весь в дыму..Из жара да пыла

Возьму лишь суму, пора снова в путь

По-англиски, не хлопнув,

Без злата и слов, с багажом чудо-пепла...

.......................................................................

Утро угли давит светом....

30.07.2002.

Мы на ярмарке чувств, у прилавка сомнений,

Продаём свою шерсть - а она не нужна.

Тучи всяких ненужных и вредных всем мнений

Кружат стаями в небе... Какого рожна ?

А кругом негде стать. Всё покрыто гипнозом

Лишь мечтают скорей пятачок получить.

Ум закрыт, лёд в глазах, души в коме, морозом

Заткан люд... Кто ж его будет честно лечить ?

Выжигая обман, как шальную простуду,

Прививать доброту солнцежелтым теплом,

Вымыть душу слезою больным, как посуду

И позвать в гости счастье... Кто ж будет врачом ?

zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz

Радуга на небе - это злой мираж,

Жить хотите весело - выбирайте нас!

Вы не знали бедности - мы поможем вам,

Обретете старость к тридцати годам !

Ложь

Нет, не замедлю я дыханья,

Когда появишься ты вновь,

Не налетят враги-терзанья,

Не закипит морозом кровь.

Ни муравьи, ни тараканы,

Не побегут по коже рьяно,

Не хлынет боль со старой раны,

Буду, спокоен, как не странно.

Не вспомню даже цвета сна,

В котором вся отражена,

Твоя душа в пределах стана,

Вся без малейшего изъяна.

Твой голос, смех не угадаю,

Как струны нервы натяну

И свой покой не потеряю …

Я всё солгал … я не смогу…

Послание другу (себе)

На какую высоту

Ты подымешь флаг свободы ?

Понимая простоту,

Постигаешь связь природы.

Ветер мыслей,

С ветром в поле,

Шум полей,

Крови в неволе …

Не ищи победы в жизни

За далёкими морями –

Твой рекорд за каждой мыслью,

За словами да делами.

Твой рекорд или паденье

В сжатом вовремя терпеньи …

В угол не спеши забиться,

В злости лучше помолиться,

И простить не "… бога ради … ",

Со святейшею любовью …

Не лукавь, стремясь к награде,

Чтоб вино не стало кровью …

Я может хочу..., или ветер из крыш

Гоняет листву, или может... Молчишь?

И плачет плутовка - последний каприз,

А завтра завьюжит сестрицы сюрприз...

И я веселюсь, потому что умру,

А завтра рожусь со Хладой поутру...

Но пир еще в сердце, в глазах твои сны,

Миг будет удержан, жалей до ВЕСНЫ.

Не временно время, не верен удар,

Не выдержать бремя, не вынести жар

Не кануть безканно, не крикнуть немым,

И собран соборно, но люд - нелюдим.

В стенаниях ветра, в разрывах разлуки

Вы слышите музыку длительной муки.

И колется лед, и колятся игры...

Взрывается кровь - в туманности тигры...

И ветер без края, а край весь в ножах,

Ножи все по сердцу, а сердце в рубцах.

Рубцы заживать, но слышится:"рано!"

И новым огнем обжигается рана

А ангел поет, а ангел играет.

Все беды к добру, любви не хватает, а ангел летает...

30/11/2001/

Назидэ

Опьянись , прочитав хмель-цветаевский стих !

Присмотрись к сотне тайн неразгаданных фраз .

Удивись простоте шифра мыслей родных .

160; Провались в пропасть-зеркало собственных глаз !

Стой ! Замри ! Подыми свою голову вверх .

Запали своим взглядом волшебно звезду !

Не прискорь странной сказки шампанский успех ,

Оживи "Новым годом" в текущем году !

Напрягись ! Разорви путы лени мечтать !

Замечтай ! Так ,чтоб не было края цветам !

Засветись светом : "ангелом в небе летать " !

Полети к неизведанным миру богам !

Улыбнись ! Наша жизнь - это только игра .

Улыбнись ! Ведь смешно , что в кармане дыра .

Улыбнись всем согретым планетою Ра !

Улыбнись ! Тем живи от утра до утра !

Опьянись ,прочитав хмель-цветаевский стих !

Присмотрись к сотне тайн не разгаданных фраз .

Удивись простоте шифра мыслей своих .

Провались в пропасть-зеркало собственных глаз !

03.11.2002.

Неизвестному художнику

Он творец, он мастер, он по-жизни поэт,

Он вкрапляет в творенья бессмертную душу,

Он свой перст направляет на тысячи лет,

Он шагает в ту даль, что смотреть даже трушу.

Два начала в одном, как во всём, как во всяком,

Но на нём только лишь проявился ТВОРЕЦ,

Он вживляет всю соль, кровь и плоть на картины,

По ночам с ним блуждает рогатый отец.

Он бог кисти, пера, глины или металла,

Он рождает людей с многоцветной грязи,

Он кричит, что поёт обо всём, что достало,

А мы смотрим, стоим, нам кричать не пристало.

Он заложник у тьмы, он изгнанник из света,

Он единый пророк, новоявленный "шут ",

Телеграммы бьёт в рай, ждёт из ада ответа,

Он для всех злой пример, он повеса и плут.

Он вмещает в себя всю попсу Alma mater,

Он срывает на флейте печаль всех мимоз,

Он затухших вулканов без ротора статор,

Он танцует пейзажи в постели из роз ...

22.05.2002.

******* *******

Это не небо – яркий пейзаж,

Это не дождь – капает джаз!

О наградах

Я больше не стану

Писать о наградах,

Не надо венков

И плеваться не надо.

Ни строго рая,

Ни сладкого ада,

Ни берега с моря,

Ни манны, ни града,

Безлюдной пустыни,

Промозглого стада,

Друзей по-привычке,

Постельного гада,

Воров иль даров,

Сумы иль сокровищ,

Бездомной зимы,

Услады и зрелищ,

Не нужно, что сказано

И то, что забыто,

Изложено смазано,

Но всё ж не размыто.

Вконце сих бравад

У святого огня:

Предел всех наград –

Мне улыбка твоя !!!

*******

Прийшов кінець тисячоліття, Спочатку кожен мусить сам

Новий затриматись не змiг. В своїй душі здійснити храм.

Кінець настав старому Свiту Давно душа цього чекала,

Новий прийшов, як бiлий сніг. Та часу все не вистачало.

Це пiдiйшов початок свята- Побудувать державні храми,

Його повиннi збудувать, Лиш в змозі чистими руками.

Нi! Не чужинцi,не магнати І піклування на землі,

Лиш ми повиннi подолать. То тільки світлій голові.

Вже годi нам ходить з торбами Щоб не пропасти в небуття,

Все за чужинськi, за горби, Щоб нам не крикнули :"Ганьба!"

Вже надивилися реклами, Цінуй своє, молись святому,

А з-за горбiв прийшли гроби. Будуй СІМ`Ю, забудь про втому.

Чуби трiщать - та все дарма, І вглиб коріння проросте,

Хіба в нас розуму нема? І білим цвітом зацвіте,

Та не повiрю я нiколи, І визріє святе насіння,

Що ми не так муку мололи, І знову в землю упаде.

Не так ми тiсто замiсили? І буде славна вся родина,

Спекти калач немає сили? Що зветься ненька Україна,

I змога є, i вдосталь сили, І заспівають радо діти,

Вогонь в душi, ще не згасили. І перестануть всі старіти...

I молодь радісна росте, Сьогодні є його початок

А в нiй сумління золоте, І годі подих тамувать,

Лиш всим гуртом узятись треба, Пора злізать з старих лежанок,

I старцювать нема потреби. Пора країну оживлять!

zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz

" Никого со мной нет.

Я один …

И разбитое зеркало … "

C . Есенин

Я вдыхаю промокшее небо,

Мне приятно уйти в темноту,

Я здесь был тыщу раз …

Я здесь не был …

Я по белому снегу иду.

Я любуюсь ночным, этим, небом

Дождик капал – теперь его нет …

Кто-то выпачкал снег своим следом

И ушел, позабыв здесь свой след …

Я по белому снегу рисую,

Что по жизни мне спеть не пришлось.

Всё прошло, никого не ревную,

Всё к добру ... То, что надо – сбылось.

Одиночество томно волнует,

Мне приятно входить в темноту …

Просто тихо, лишь ветер чуть дует

Я один … Я по снегу иду …

" Я , быть может , не умер , быть может проснусь – вернусь ! " А. Белый

Я, сударыня, Вам посвящаю

Лебединую песню свою.

Я ещё, может быть, полетаю,

В океанном раю найду сваю,

И на ней я веночек совью.

Я вплету в него звёздные мысли

И вложу грозовую тоску

Приплету тайну ночи …,как в пристань

Я причалю кораблик-мечту.

Одиночество это турнир,

Отраженье луны в твоём теле,

Для дуэли с собой выбран "тир"…

Был ты здесь и доселе.

Я, сударыня, Вам посвящаю

Лебединую песню свою.

Сам уже прибываю в раю,

Я нирвану свою осязаю,

Я таю, парю, исчезаю,

Убываю от мусорных бед,

Умываюсь, еще не отпет,

НО уже есть вагон и билет …

Улыбаюсь, смеюсь – горя НЕТ,

ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА и в ней

Бал творит лицедей.

В вихре-танце с луной,

то есть с эхом … волной

Уплываю в Покой – Непокой

(немой, разрывной, заводной-разводной,

вводный или голодный, плотный, может, бесплодный,

чистый, бархатно пышный,

всё же мой, но немой …

немой, неизречимый

и не повлёкший за собой причину,

чудной, неисцелимый

ничьей живительной рукой).

Больной нестерпной силой

Свободно плыть пером, рекой …

Пером, что птицею оставлена,

Что мимо стаи пролетала.

Она потерей не подавлена,

Летит, восьми ветрам подставлена

Ей в дальний путь стезя представлена,

Что там – не знает, тем летит ………………

29.01.2003.

Сорвите шкуру с Вашего меня,

Выкалывайте глаза Земного вида,

Я под действием сильного яда,

Дающего вечную жизнь индивида.

Ловушки расставлены повсюду

Я гениально обходить не буду,

Я провалюсь на льду в октябре

Я подавлюсь шашлыком перед пасхой (в пятницу)

Вам это не нравится

Да, я не красавица, я не конфетка –

Я марионетка … с подрезанной ниткой,

(Что делает не всегда, как хотелось).

04.08.2003.

***

За вороньим крылом очков

Прячу свою родниковую душу

Добровольный носильщик оков

О побеге мечтать даже трушу

23.03.2004

***

Ку-ка-ре-ку ! – сказал петух,

Я с ним согласен то же.

Ведь жизнь прекрасна, крепок дух,

И воля силы множит

Чтоб быть весёлым – нам не надо,

Ни ехать в цирк, ни пить вино,

Здоровый дух всему награда,

Он либо есть, иль не дано.

13.02.1999.

О С Е Н Ь

Что происходит с осенью?

В ней дух живыхлюдей…

Она срывает маски,

Фальшивки мёртвых дней.

Что происходит с осенью,

Родившейся весной?

Она тоскует песню

Шум-стон, листвы прибой.

Рассылка поздних писем,

Признанья на листве

Любви прощальный танец

Заветрит меня в сне.

Прелестные виденья

Осеннего окна.

Порог самозабвенья

Покрыт слезой дождя.

Но песня-шепот листьев

Остался жить внутри.

Плывите ко мне смело

Родные ноябри.

Я, Осень, ваша пристань

Который год подряд

Я колыбелька-гавань

Для ветреных бродяг…

Прогулки во владенья братца-чебреца

Мы вдыхаем с наслажденьем

Чебровоздух, чебродым.

Я на радуге бессмертья,

Обречён быть молодым.

Языки уходят в небо –

Стало родственно Оно…

Здесь ещё послушать мне бы

Песнь костра, разлив в руно.

Вновь мечу в огонь священный

Василёк плюс Лох, Чебрец…

Каждый вдох, что сон забвенный…

Сон ушел, костру конец.

Электричка ждать не будет,

Даже если есть билет.

Пусть в дорогу сил прибудет,

Чтоб магнит мне одолеть,

Что не может отпустить,

От духов – чеброполянок…

Обещаюсь навестить

Поскорее, без " орлянок "…

Для чего, подскажите,

Придумано солнце

И вместе со снегом,

Как эхо в колодце.

Придуманы шторы,

Чтоб видели свет,

Засовы, оковы

К свободе запрет.

Пчела несёт мёд,

Чтоб змея ткала яд,

Предательства лёд…

Вновь любовью объят

Сиянье улыбки

Видно в призме слезы

И горечь ошибки

Удачи призы

Благословенны злые

Знать участь така,

Блаженны немые –

Перст пал на уста

Всё послано свыше.

Должны принимать.

Он прощает, а мы?

Кто дал право гадать?

Осуждать мы не властны,

Удивляемся.… Зря.

Убежденья опасны.

Контролируй себя.

17.04.05.22.05.

ЛЮДИ! Будьте Людьми!

Вы же Люди!!!

( А не Нелюди).

Оставайтесь Людьми (всегда).

19.04.05.01.30.

Ворох для мозгущих

Образ возник на пути к просветленью

Шаг задержался – дорога терпенья

Низкость всегда придавала основу

Небо влечёт снова к первому слову

Тяжести нет, всё под силу любому,

Не променяй свой исток на истому

Наши шаги движет крестное пламя,

Палит гранит, что стоял между нами.

Перерубить невозможность желанья,

Рукоплескать по воде ожиданья

Ждущий всегда верит в трансцендентальность

Время принять антимир, как реальность.

Если можется – сила множиться,

Коли верится – трудность делится,

Когда ищется – знать прибудется

И бессмыслица – образумится.

За паденьями, предначертан взлёт,

За мученьями – райский поворот,

В истязаниях, скрытой тайны дар,

Я готов лететь за тобой Икар!

20.06.06.

Невзначай проступил крокодил,

Улыбается доброй улыбкой.

Он возник на кусочке бумаги

И на сердце…, как рыбка,

Проявляется с тайны воды.

Он смеётся, со мною "на ты".

Не с кого-то. Так просто смеётся.

Он согрелся под взглядами Солнца

И улыбкой согреет других.

26.04.06.

Загнать под уклон безысходность проблем,

Укрыться совсем, отказаться от тем,

Забыть и не знать, что такое «ВЕСНА»,

Проснувшись, запить новый допинг для сна

Да ты всё узнаешь и скажешь: «Ну, что ж..»

Ты всё понимаешь и мозг твёрд, как нож,

Прогнозы все помнишь, со стоном живёшь

Под слёзы играешь, с надрывом поёшь.

И крутятся цифры и разгадка проста,

Повтор и ошибка, «как с живого куста»

И заново трёшь постулаты игры

На гладкой дороге – находишь бугры.

Излом с нетерпеньем приходит всегда

И ты ковыляешь, и опять не туда

Сложнее всего понять простоту

Значительно проще съесть мясо в посту,

Укрыться от кармы не в силах живой

И смерть не приходит, хотя слышен: «Отбой…»

И холодно, жутко слышать их голоса

И зовы, и крики, и слёзы с лица…

И новым иксом расцветает ВЕСНА

Ты рад, но не знаешь, что загадка ОНА,

И «шишки» опять начал лоб собирать,

Отраду находишь вновь молитвы читать.

04.05.2000.

Гуляя по снегам,

Я понимаю мыслей спесь

Я приручаю их к шагам,

Они не где-то – только здесь.

*****

Снег – это слёзы всех слепых,

А цвет его – душа младенца,

Как бы не тёрлись к лику святых,

Мы только грязь со стуком сердца.

А наша жизнь – глухой шлепок,

Да по слезам, да по святыням,

А снег грустит под шёпот ног…,

Как мы глухи в своей пустыне.

*****

Я просто гулял по снегу ночному,

Что может быть в жизни милее?

А снег есть вода – я по снегу иду -

Я верую, живых я живее…

06.01.2000.

*****

Я покидая этот мир,

Хочу любить, жизнь отдавая,

Её любить – знать свет дарить

06.01.2000.

Я оживаю – умирая!

Бессмертье видно вправду есть,

Когда заслужишь эту честь.

19.01.2008.

*****

Мы спим в скрюченных позах,

Мы дышим отравленный воздух,

Бежим и не можем коснуться,

Хотим и не можем проснуться.

21.01.2000.

*****

Он страшно любил недотаявший снег?

В нём чувствовал мягкое горе…

03.02.2000.

*****

Он был похоронен одним её словом,

Он был, как ребёнок и сразу же сломан

И хмурилось небо, и плакали звёзды,

И стрелки терпели, но ждать было поздно.

Он тихо тонул, она руки ломала,

Земля всех кормила. Ей «всё» - было мало

И птицы летали, но он ими не был,

Лишь грустно глядел слезинками в небо.

Но небо молчало, о том, что всё знало

Мимозы цвели, им для цвета – хватало.

Она же вдыхала засохшую осень.

Весна рвалась в двери, но сыпалась оземь.

И падали звёзды, как катятся слёзы,

Родиться пора, умирать слишком поздно.

И таинство жизни постигнуть не в силе

Тугие умишки, забитые в иле.

И мечутся дни, и мелькают людишки,

А небо молчит на жизни их вспышки…

16.05.2000.

*****

Хаос, борьба и … проигрыш в конце…

Тупик тупит и делает безвольным,

Что толку жить без радости в лице,

Трястись в экстазе малахольном.

Родившись не во время, не благочастно,

Живёшь неосознанно, безучастно

Плывёшь по теченью кратчайшим путём,

Чуть выскочишь в море и сразу в свой дом.

Страх давит рассудок, туманит мозги,

«Сидеть лучше дома, не пачкать ноги»

Покроешься мхом, как камень глухой,

Дурак дураком, да с седой бородой.

11.01.2000.

О как хорошо на природе

Дышать и любить красоту,

В молчанье таинственном вроде

Ты ищешь родную мечту,

Ты словом всё выразить хочешь,

О том, что волнуется грудь,

О том, что пришёл так сюда ты,

Чтоб слушать безмолвную грусть.

Берёзы мне сёстры родные

О чём мне хотите сказать?

Я слушаю их и любуюсь,

И мне они тихо шумят

И мне шелестят они тихо,

О том, что проходит пора

Их яркого в цвете веселья,

И с платьем простится пора.

Что скоро сольются с землёю

И будет пустынно бело,

И будут лишь только весною

И петь и сверкать весело.

Сейчас же они тихо плачут,

Уныло взирая на птиц,

Которые их покидают,

Уносят веселье зарниц.

Тогда они весело пели,

Луч солнца дразнил горизонт,

Сегодня же все улетели

И праздничный вышел сезон.

03.10.1987.

Морская пена протянула руки нам,

Приветствуя, умыла наши ноги,

В который раз своим поверил снам,

Которые сбываются в итоге.

07.11.1998.

Вдыхаю жизнь я полной грудью,

И осень вновь… Моя она

Любовь, душа… и алой ртутью

Во мне и в ней течёт сполна…

О жизнь моя! Ты всё прекрасней

В своих полётах по судьбе.

Плохим не будет день ненастный,

Я жить хочу! – кричу тебе.

Мне каждый день – есть праздник Неба,

И я рождаюсь каждый раз,

И это чувствовать способен,

Н чувства пить любой из нас.

Коль хочешь жить – живи счастливо,

А нет – так ешь собой себя.

Коль счастье ты не захотела,

То в том вини ты лишь себя.

07.11.1998.

*****

Не читайте мне проповедь в злобе,

Немотой подчеркну я презренье.

Зачем думать о том, что не будет,

Зачем слушать загробное пенье.

15.03.1998.

Не тревожьте мне душу суетностью,

Не ищите меня, не зовите,

Не давите меня бесхребетностью, Я закрыт. Писем мне не пишите.

30.08.1998.

*****

Антуану де Сент Экзюпери

Кто вам сказал, что он для Смерти?

Он жизнью жил и Он ушёл.

Не надо слёз, вы мне поверьте

Потери в нас, а Он нашёл.

Он просто вырос выше Мира,

Пришлась мала Ему Земля.

Не надо слов, не стоит клира.

Он сделал всё Свободы для.

22.01.2002.

Читая М.Цветаеву

Растревожилось о том, что билось,

Светом брызнуло с чувственных фраз,

Раскамфортилось, раздушевилось,

Разболелось, что как бы забылось,

Распустилось, что долго томилось,

Зацвело, кумачём засветилось…

Прединфаркт…, коматоз иль экстаз?

Яркий свет… Передёрнуто сбилось…

Зашатался, поник и… угас.

27.09.1999.

МАЛЬЧИК

Пожелтевший, но задуманный,

Задумчивый и открытый

Экспансией захваченный,

Лучом воды умытый.

Просто чистый мальчик,

С открытыми озёрами души,

Протоплазмой праны подначенный

Создатель искр в тиши.

Шаг не будет сделан,

Полёт ещё продлится,

Старик извечной книги

Листает дни-страницы.

На стене преломление света,

Переход к тайнам грань-греха,

За спиной пером согрета

Парит РАссветом ИСТИНА!

17.01.2008.

*****

Асфиксия от тлена в теле

Пыль на губах, пыль на словах,

Пыль – это боль, пыль - это прах,

Пыль на умах, пыль на сердцах,

10.08.01.

Пыль – минус жизнь, пыль – это страх

20.01.08.

Ангел шепчет мне тепло,

Машет крыльями в дорогу,

Сеет в травы – серебро,

Укрывает сном тревогу.

Серебро биеньем чистым,

Просочилось в мою клеть,

Дверца, знаменуя выстрел,

Дала старт на Белый Свет

Резь в зрачках, не знавших это,

Шорох в горле – звук пустынь,

Струны стрелами задеты

Льют на кожу мёд-полынь.

17.01.08.

*****

С рождением водной чистоты

Ты появилась во Вселенной.

Крещение воды зимой -

Рожденье тайны сокровенной!

Смысл скрыт в числе дворца.

Повтор числа в уютной кельи.

Нет случая в руках Творца,

Шедевр укрыт живой пастелью.

Живая влага блеском ручейка

Разит с очей, заводит счастьем,

Спокойным дуновеньем ветерка

Плывущим с сердца, унося ненастье.

Проявленье скрытого пространства,

Начало Жизни над Землёю,

Нет случая и то прекрасно

Ты рождена была ЗИМОЙ.

20.01.08.

В поисках синего счастья,

В рвеньях за дивной мечтой

Взлёты за птицей ненастья

Я проявляюсь собой

«Нате!», берите скорее

Даром, « с походом » Уют,

Вышел песок для терпенья,

Бурю секунды несут.

Гром бесшабашных Иллюзий,

Вал искромётных Идей,

Да забирай без конфузий

Сон, что смыт солью морей.

Нужен Покой? – Подходите!

Здесь ему жить не дано,

Лишняя фраза « простите »,

Да успокой Покой душу вином.

Ну не сердитесь, братки, ещё будут

Шторы замками висеть,

Дайте мне хоть на минуту

Птицею синей взлететь.

19.10.2004.

*****

Не продождившиеся мысли – скисли,

Под гнётом бывшего похмелья

Не состоявшиеся взгляды (гады) рады,

Не прослезившиеся чувства слезли, свисли…

***

Прощения прошу…

Простите меня, что так мало живу,

Простите, что подолгу лежу поутру,

Простите за то, что не сплю по ночам,

За то, что пугаю задумчивых дам,

Простите, за радость, а больше за грусть,

За то, что не плачу, не к месту смеюсь,

Простите за резкость, за сумрачный нрав,

За то, что так часто бываю не прав.

Простите за то, что люблю я другую,

Простите за то, что без почвы ревную,

Простите за то, что так громко пою,

За то, что скрываю слезу я свою,

Простите улыбку, и может испуг,

Простите души непонятный недуг,

Простите за то, что пишу мало тем,

За то, что хочу угодить сразу всем,

За непостоянство, за частый каприз,

За несовершенства заслуженный приз,

За зимнее утро, вечерний Гольфстрим,

За то, что с друзьями под час нелюдим…

18.04.2002.

***

Леді дорога

Леді Дорога –

я вас вітаю

Знайомі давно

Та я вас не знаю

Ви жінка,

Чарівність в Вас

Постійна таємниця

з лице-маскою трас.

Ви повія

з освітленням фар.

Ви – Даліда,

Я – мрійливий Ікар.

Леді Дорога –

Жадана тривога,

Подруга Вам

Надія-підмога.

Вам немає краю

Ви зараз та тут,

Я вас кохаю,

Ваш кожен маршрут.

16.09.2003.

***

Бежит куда-то горная река…

В свою безмерную пустыню.

Я рад всему, я больше не простыну,

Не заболею вирусом весны.

Все в коридор зелёной новизны

Безмерного тепла от солнечной долины

Я улыбаюсь одуванчикам воздушным,

Что опадают, но не замерзают,

А тем играют, что тихонько тают

Под ласками космичного простора

Во веки не поймать такого вора,

Что в даль уносит за моря

Сокровищ одуванчиков поля.

Не остановишь, не заметит спора.

Как Вечный столб, не знает он отпора.

Насилья нет и светом небо стало,

И вновь на Свете всех начал начало,

И одуванчики вновь на лугу,

Как пережившие пургу

В пушистосолнечном снегу

Цветут себе – им «горя мало»…

17.05.2004.

***

Я заблудился,

Утонул…

В райских садах твоих волос…

27.04.2002.

***

Разговор с собой

Я опять не понят никем,

И опять, как рыба об лёд,

Хоть не глух и вроде не нем,

Вродь не ад и всё же не мёд.

Да не с жиру бесится бы мне –

Быть бы живу несчастной душе,

Глупо вродь колыхать на ремне,

Пусть 0,5, но прожито уже.

Недопонял чего? Недожил…

Недослушал, встал, вышел, ушёл.

Не кому-то – себе удружил,

Я себя потерял – не нашёл.

Я примерил одно – сильно жмёт,

Я другое – опять не по-мне,

Кто-то влез ко мне в душу и лжёт,

Что за вор поселился вомне?

Кто мне скажет, когда я живу –

Я живу или просто дышу?

Или, может уже не живу,

Только мыслю? … хотя и дышу…

Ну, а если живу – то зачем?

Почему? Для чего и кому?

Нужно так, что бы было со мной?

Как в густом, в вечно сером дыму?

Я оглохнуть готов – лишь бы жить,

Я ослепнуть бы рад – только б мочь

Чистый воздух душе моей пить,

Ну а нет – умереть в эту ночь

Снова видеть кошмарные сны,

Просыпаться и… спать наяву,

Когда ж будет мой праздник Весны?

Чтобы жизни вдыхать синеву,

А не сипло сосать серый гной,

А потом всё блевать на других

И опять бой вести сам с собой…

Что ж молчишь там внутри? Вновь затих?..

29.01.1995.

***

Суметь родиться на земле,

Нарисовать свой первый день,

Суметь подняться до небес

И оторвать от тела тень.

Напрячь свой слух – услышать Зов,

Слова из глубины веков,

Что проявились на губах

Из ниоткуда, из тебя…

Услышать голос свой-чужой,

Увидеть свет, свечи покой,

Отдать её тепло тебе,

А голый трут своей судьбе,

Оставить начало,

Сердечник, как нить,

Которую молот не в силах разбить,

Но может разрушить слезинка твоя

И может убить… мою плоть…, …не меня.

24.03.2001.

***

Да что говорить, кручу всё педали,

Быстрее, быстрей, ещё и ещё…,

А что же ещё? И что будет далее?

Не знает никто и не скажет никто.

Скольжу в гололёде упрямого времени,

Спешу, тороплюсь, задыхаясь бегу,

Сжигаю часы я в минуты до темени,

Дроблю их на части, на что лишь могу.

Хочу поскорей осязать тебя милая,

Дышать и питаться, жить только тобой,

Смотреть на тебя до потери сознания,

Твой дух ощущать, хоть до смерти самой.

Теплом умываться сладкорук твоих нежных,

Ласкать и ласкаться в объятьях твоих,

И пить, жадно пить тот нектар с вечно свежих,

Тех уст, так пьянящих и жарких таких.

Иль просто тонуть в тех глазах, столь безбрежных,

Для коих не выдуман буквенный слог,

Лишь можно тонуть да и то безнадежно,

Отдав на всю жизнь им себя под залог. 29.09.1991.

***

Я вас приглашаю: «Пойдёмте туда!

В ту ночь, где в полнеба сверкает Звезда,

В тот шепот деревьев, что возле костра…»

Под звуки струны вы скажите: «Да!»

15.08.2000.

***

Не заставляйте петь Любовь,

Она ведь может оскорбиться,

Она, как птица будет длиться,

Пока нет выстрельных оков.

Не убегайте от Любви,

Взывайте к ней, Она услышит,

Засветит сон, стихом запишет,

Не бойтесь коллапса в крови.

***

Ты тонкий лучик у меня,

Ты гидроокись протоплазмы,

Врастаешь вглубь день ото дня,

И час с тобой, что месяц праздный.

Ты чудо-зайчик в небесах,

Ночной сверчок для всей Вселенной,

Твой свет в глазах развеет страх,

Ты светлячок мой сокровенный.

***

Год пролетел, что вспышка счастья.

***

Утро разбрасывать камни, Время разбрасывать камни,

Полдень сжигать паруса, Время собирать камни

Вечер развеивать пепел, А что между? Ask …

В ночь похоронит гроза.

Хмельной проснешься поздно

После развальных панихид

И в реверансе грациозном

Станцуешь Солнцу скорбный хит

Перекрёсток? Распутье? Тупик?

Поводырь жухло замер в канаве.

На пол шага задержан за ним…

Полумрак, полустон, полукамень…

10.09.2008.

Прогулочные встречи без названья,

Без повода, без шума, каламбур…

Но вышел пар, пришел момент прощанья

Без репетиций: рондо двух скульптур

Афиши нет, мёд выпит, ум вопит,

Нас просто жить не научили в школе

К волкам пора, другой «кафтан» претит,

Подбросьте воздуха, подкиньте воли.

Орган звучит в груди,

Рыдает гимн по Мендельсону

Бевз научил : итог = один,

Пора в ломбард сдавать корону.

10.09.2008.

***

В лукавом cне

Блаженном, ложном

Я целовался безмятежно

И предавался играм вольным

Так страстно и благопристойно

Я добровольно был заложен…

Как быстрый сладости конец

И как желанно повторенье

Круг, полукруг, повтор в сравнении

Зачем же сразу под венец? 06.09.2008.

***

Я не тот, чтобы кто-то

И не так, чтобы как-то,

И не там, чтобы где-то,

И не где, чтобы с кем-то.

Всё значительно меньше,

Исключительно проще,

Положительно мельче,

Как Америка в Польше.

Но я кое-что – что-то,

Иногда так растак-то,

Что задвижется где-то

В нежных ритмах да тактах,

Что раскроется то-то,

Да засветиться всяко,

Что не верите? Зря то

Хотя мысли о ком-то…

11.03.2008.

***

Как по нашем, по лугу

Проскакала кенгугу

Проскакала, вот нахала,

Не сказала ни гу-гу,

Вот такая кенгугу

Не поставишь её в дышло,

Ни в соху и ни в дугу,

Очень хитрая зверюга,

Расскакалась, как севрюга,

Словно места больше нету

Лишь на нашем на лугу

Для бессовестной нахалки

Для неё, для кенгугу.

Я вздыхаю, я страдаю,

Неча сделать не могу

Нет гражданского сознанья

В этой звери кенгугу

Прибегала к нам по соль

Потоптала всю фасоль

Набрала чеснок в лукошко

Растоптала всю картошку

Не успел поднять я бровь

Залопатила морковь.

Снять бы надо с неё стружку

За укроп и за петрушку,

За свеклу, ревень, пырей,

Лук, капусту, сельдерей,

Помидоры, баклажаны,

Патисоны и бананы.

Лишь весной сей зацвели

Да и то их было три…

Всё втоптала в пылюгу

Страшна зверя – кенгугу.

16.09.2008.

***

Спалений

Я інколи не в змозі,

А, інколи благаю,

Подекуди – біжу,

Та все частіш зітхаю

Гендлярити ганьблюсь,

Тлумачити боюся,

То пораз студено,

А то як схаменуся

Шукаю, де воно,

Щоб з нього міг напиться.

То сію всім зерно,

А то топчу пшеницю,

То траур у ногах,

То в голові весілля,

То піст по самий прах,

То не наситюсь зіллям.

В-пів бока луплений,

В три чорти жалений,

В сім ночей змолений,

Вдосвіта спалений.

01.11.2007.

Я знав той край,

Де могло статись диво.

Я був на крок

Приречено щасливим.

Не зміг покивати

І перстом, не ногою,

Прошелестіли журавлі

Над головою.

Синичка дзьобнула в чоло

І накивала

Чи ти цього хотів?

До щастя дзям не вистачало.

Засумували сурми Гавріїла…

Чи це я спав? Так це мені наснило?

Тікає тьма з чола

Густим померлим потом

Я спав, але ж дарма

Не пізно, досить!

Край той шукати буду знову,

Зірву хай сто ланців

Розвію підлу Змову,

Та, що з середини всяк кожного чатує,

Щоб бідний лишень спав,

Вколихує, пильнує

Засніжує пилком

І в попіл провокує,

Щоб лиш принишк, закляк,

Ніщо вже не турбує

Розвіятись у прах,

Ще буде часу вдосталь,

Але не змій, а птах

Мою зламає постіль.

Запропонує в храм

За хмари зазирнути

Втікає поспіль страх

Я вірую розкутий.

01.11.2007.

Соль последней слезы

Жизнь должна победить,

Жизнь не может не жить

Разбудить…

Ты обязан её разбудить,

А иначе не стоит и быть.

Ты помнишь орган?...

Всё пространство дрожало

Что сказать?...

Слёз безмерно останется мало.

Это всё!!!

Это больше чем жало,

Все крупинки тепла подрывало,

Лишь обнять бы тебя, мне хватало

И уплыть безвозвратно в Начало…

Что язык?...

Мне любви не хватало…

Что пролог?...

Здесь начало финала…

Что игра?...

Это всё наша жизнь трепетала,

Трепетала, плыла, зажигала,

И горела, взорвясь, полыхала,

И к тебе без стыда призывала

Королеву Вселенной – ЛЮБОВЬ…

О экспрессия контрвокало!!!

Кончен стих,

Что ж начну всё сначала …

24.01.2003.

***

Ты знаешь милая на свете

Так много разных пустяков

Вся наша жизнь и состоит

Всё из цепей да из оков.

В их медленно вплетаем сами,

Как розы – руки, души, сны,

А дальше колемся шипами,

Себя собою раним мы.

Я позвонить себе позволил,

Чтоб обронить в тебе мечту…

Что только в пять минут не вылил

Всё в телефонную трубу.

Немного сказки, каплю лести,

Ночного неба Орион,

Не так уж и легко всё снести,

Столь незнакомо мутный тон.

Но иногда мы попадали

В короткостранный унисон,

Мы с двух сторон вместе молчали

И здесь, поверь мне, был не сон.

Неважнократкий эпизод

Ты вероятно позабыла,

Ну что ж прости, что я не тот,

Чей голос ты не уловила.

Ты знала маску – не меня,

Хотя поверила б едва ли,

Что там и здесь один лишь я,

С другой лишь стороны медали.

Твои я пальцы вспоминаю,

Изящно точны сдвиги рук,

Хотя совсем тебя не знаю,

Хочу узнать, но замкнут круг.

Меня заставила открыть,

Себя открыл и нету ходу,

Тебе теперь меня судить

Через пространство, как сквозь воду.

И я растаял в той воде,

Как снег, в межкабельном пространстве

И уж не важно как и где

Меня несёт на крыльях странствий.

Мы странники, мы всё в пути,

Мы проживаем дни-дороги,

И слышим падая: «Иди

И подымай повыше ноги.

Не хныч, не хмурься, выше нос,

Нелёгок путь, но будь достоен,

Не задавай глупый вопрос,

Стремись уверенно, как воин

Тянись к победе всем назло,

Даже, когда уж всё пропало

И ветром в море унесло

Твою ЛЮБОВЬ, Твоё НАЧАЛО,

Ты всё равно вперёд иди,

Пусть без надежды, верь в удачу

И будь настойчивым в пути,

Знай, что ты прав! И не иначе!»

30.01.1998.

***

Глаза, о чём хотите мне сказать?

Глаза, я вас открыл опять

Нет берегов виденья их

Границ небес… Просторы, дали

Мне открываете вы вновь.

Ночных запретов стены пали

Я подымаюсь, прочь лечу

От тюрьм коричневой печали

***

Який сценарій читає суфлер?

Звідки цей текст, що саме тепер?

Сила бажань і тиск нехотінь,

Страх перед «завтра», життя це, чи тінь?

Знову на розі ..., не впевнений крок,

Холодно в серці – третій дзвінок,

Третя тринадцятка. Годі питань,

Все зрозуміло, жодних вагань.

Спокій прикритий долонею часу,

Вдячність терпінню, як другу-компасу,

Все буде добре і добре, що є,

Темрява сходить – знову сонце встає.

***

Після наших бажань,

Так багато страждань.

Безпритульність останніх

Приходе пізніше.

Перший погляд – «бува»,

Але це найстрашніше.

Неспроможність згадать

Своє перше кохання.

Це петля після смерті,

Крапля крові остання.

***

Притулок ваших поглядів базується на тому,

Яку сумбурність почуттів ви спишите на втому?

Кого б хотіли бачити своїм главою дому?

І хто зумів би вас зустріть щасливою з роддому?

І найщирішу відчинить таїну змогли тому йому… Кому?

***

В житті я маю

Лиш два бажання –

Не впасти в пекло,

Не клянчить рая.

***

Безпринципність принциповістю

Не здолаєш настирністю

Краще творчістю.

*****

Бережіть ліси від пожеж – авжеж

Бережіть сади від біди – завжди.

*****

Карма кашлем сообщила

«Ты влюбился» - это сила.

Кашель не кончается

Vita продолжается

Я люблю

***

«О, боль, когда бы не пришла,

Всегда приходит слишком рано.»

М. Волошин

Ты веришь, конечно об этом я знаю,

Что двери в заоблачный мир разгадаю,

Пройдусь по траве иллюзорного блага

И вновь убегу от притворного мага.

Сниму на ветру своей маски забрало,

Прикрою твою наготу опахалом,

Ты будешь дерзить, обзывая нахалом,

Но мне, как и боли, любви будет мало…

09.10.08.

***

В озёрное зеркало Космоса

Я ночью с тобой проникаю,

На грани гуманного осмоса

Ещё шаг и себя потеряю.

Мы уходим из этого света,

Уплываем на звёзды впервые,

Не припомню с какого завета,

Невесомим в другую стихию.

Эта грань – потолок во Вселенной,

А за ней экспансия неба,

Жизнь ко мне подошла переменой,

Удали слово с памяти «не быль».

16.11.2003.

***

Amori amara sacrum*

Она давно ушла на нет,

Угасла, стала мёртвым камнем,

Но яркий негасимый свет

Лился сквозь миллионы лет,

Назло вселенским ставням.

Ты замечаешь этот свет

И в сердце звёздный зайчик,

Далёк от быта мелких бед,

В твоей душе горит расцвет,

Ты снова кроткий мальчик.

Я чувствую твоё тепло,

А дверь в твой мир уже закрыта;

Я слышу сердце, что звало,

Оно, как свет звезды, пришло,

Но пламя ветром рока сбито.

09.10.08.

*Святая горечь любви

***

Брызги весны

Весна…. И хочется всё – смеяться и петь,

Бежать ни за чем – гонять просто воздух, глазеть

На звёздное небо и солнце в ночи и думать,

что это луна !

Испить сладость цвета до бездны, до самого,

самого дна!

..кровь выделяет пузырьки воздушного шоколада

- это ВЕСНА!

… влюбляться во всех подряд

- это ВЕСНА!

… умирать от счастья и рождаться опять

- это ВЕСНА!

… ходить в облаках и думать, что спать

- это ВЕСНА!

Течь бурным потоком, сгорать в тыщу вольт,

Звать в гости сто волков, не раскрывая рот,

Пить аромат цветущих абрикосов,

Плыть песней сотен пчёл,

что направляют в чай тысячи насосов,

И в этот миг, поющие симфонию цветов…

Услышать запах песни, затрансформированной в мёд,

И тучки крыльев, творящих сладкий ход

( Паломники веков, рабы без оков,

Герои судьбы без громкой ходьбы).

07.04.2001.

***

Путаница

Мужчина в женщине живёт,

Он в ней то плачет, то поёт,

То молча ждёт свой точный ход.

Он вводит темы, фразы нот,

Он в ней язык, она лишь рот.

Хитра, как мышь, он её кот,

Она мошна, он её мот,

Она корабль, он её борт,

Она экстаз, он её визг,

Она волна, он её бриз.

Лишь кот в мешке, что мот в тоске,

Что визг немой, что бриз в прибой.

В прибой врезается язык,

Чтоб слышать рот, точнее крик.

Коль бриз во рту, то мот в трусах,

Мошна помчится по волнах,

Нот больше нет, ход вывел бред…

Она мадам, а он кадет,

Он в ней не соло, с ней дуэт,

Он в ней позыв, она ответ,

Она - прыжок, он - пируэт

И боль ушла, и страх отпет,

Она гола, он ей одет,

Она пиджак, а он жилет,

Он ей каприз, она ответ

И всё внутри 7000 лет,

Она во тьме, он её свет,

Его призыв очистит душу….

***

Отрекаюсь от снов и спокойствий,

Отрекаюсь от сладких речей

Мне бы видеть красивые блески

Твоих полных загадок очей.

Мне бы быть хоть секунду с тобою,

В потемневших днях зимних бродить,

Очень трудно бороться с собою…

Ты ведь можешь мне спутницей быть?

Вновь затронуты старые раны,

Я со злости бросаюсь к снегам

И бросаю лопатой, бросаю

Вместе с снегом и боль пополам,

Но от этого сердцу не легче

И от мыслей болит голова,

Здесь наверное только поможет

Мне твой взгляд и улыбка твоя.

Приходи ко мне, очень прошу я.

Я с тобою развею тоску,

Но не думай, тебя не виню я,

В том, что таю зимой, как в маю.

5.11.1986.

***

Политические куплеты

Вспомним же за рюмкой стоя

Золотые дни застоя

Лишь сказал наш Брежнев: «Э-э-э…»

Вот и орден на спине.

Почему ж не впереди?

- Места нету на груди!

Мы при Сталине страдаем,

При Хрущёве голодаем,

Голодаем, но живём,

И с опаской ждём «потом…»

Вдруг крутой переворот,

Лёня парень ещё тот,

Пока вождь наш отдыхал,

Лёня власть к рукам прибрал.

И полезло, поплыло

Время детства моего,

И не мог понять того я,

Что теперь зовём «застоем».

Что при Ленине учили и любили, берегли,

То при Сталине закрыли, расстреляли, загребли…

При Хрущёве снова стали что-то чистить, продвигать,

А при Брежневе забыли, как копать, лишь бы стоять.

Постояли, покурили,

Что и знали – позабыли,

Позабыли и запили,

Чють страну всю не пропили.

Вновь пришло другое время,

Снова жизнь бурлит ключом,

Мы ж привыкли лишь к запою,

Потому сидим и ждём.

Что же ждём – смотря погоду?

Когда действовать пора?

Торопиться дать народу –

новый путь… - да вот куда?...

30.12.1988.

***

Выйти из круга обыденного,

Высунуть голову ни для кого

Стать белой вороной на зависть орлам,

И быть кем-то здесь, ещё лучше там.

Как сладко проснуться с улыбкой без темы

И пьянствовать лихо во время чумы,

Иль стать сумасшедшим и нету проблемы,

И тем не тревожить чужие умы.

Открыть для себя хоть кусочек звезды,

Зажечься серпом из кромешной, из тьмы,

Выползть из стада, после смертной борьбы,

Крикнуть им «Я», забыв серость «Мы».

Незамечаемым жить в тишине,

В тёпленькой тине, на илистом дне,

Премудро пескарить: «Все нервы при мне.

Никто мне не нужен, я счастлив вполне».

Вести за собой, не смотреть в рот других,

Не спать под псалмы, зажечь новый стих,

И им разорвать обывательский быт,

Пусть дух твой притоптан, но ты не убит.

Остаться в футляре, пускай вокруг жгут,

Слегка нафталином присыпан уют,

Закрыты все двери на сорок замков,

Пусть колокол бьёт в честь безумных голов.

Вот так незаметно проспим мы свой храм,

Себе на погибель, на радость врагам…

Не ныть, не скулить, не ждать манны с небес,

Ведь здесь не поможет не бюргер, ни бес.

Мы лекари сами своей же судьбы,

Пора просыпаться, нет цветов без борьбы…

Червей изнутри надо выжечь огнём,

Затем созидать пошатнувшийся дом.

12.05.1999.

***

Этой ночью морозной, под звёздную сеть

Проведу я себя по бумаге шуршащей

Как огурчик хрустящий, снежок будет петь.

И забуду на время о сердце щемящем…

Мысли – кони шальные, давеча рабы,

Всполошились, взметаясь к светящимся в даль,

Вы развейте меня от настырной нужды,

Заманите в мечты, затопчите печаль.

В сумасшедшем скаку сумасшедший я сам

Вижу в небе шампанского пена искрится,

Иль может быть светят нимбы Богам

И несёт к ним моя колесница.

Этот мир весь благой, да погрязший в разврат

Так хотел бы я бросить и скрыться,

А потом наблюдать из Господних оград…

На хаос, что по-жизни мне снится.

Но вот только попасть мне туда не судьба –

Далеко я не ангел без «хвори»

Разрываюсь умом, всё болеет душа –

Изнывающе сохнет по воле.

Уж который годок та томится в плену

Моих чувств, мелких мыслей и серых желаний

И в быту, как в дыму безнадежно тону,

Сам виновен и нет оправданий…

03.12.1998.

***

- Кто мы? – Акробаты?

(и нас заставляют сегодня играть)

Готовят канаты,

Подвозят батуты,

Скамейки несут

(мозоли натрут).

Да, мы акробаты,

Валяйте канаты,

Шуруйте батуты,

Мы будем идти

По бритве-пути.

Мы прыгаем с шумом

В ледовость батутов,

Лавируем с гамом

По стёклам канатов,

Со смехом сигаем

С огнём халахуп.

И нервы нас режут

В сосновую кровь.

Янтарная жидкость

Из сердца, что Солнца…

Взгляд жаром туманит,

Мысль зноем знобит

(и так ежедневно),

Вопрос: «Кто убит?...»

11.01.2003.

***

Звучит звонок, но гонг не слышен,

Матч затянулся, время – не с тобой,

Ты ищешь свет, а слог притишен

Жизнь удалась ли? Зван ли тот покой?

Эпиталамы больше не струятся,

Желаний рог сбит костью нелюбви,

Отказ щелчком и паузой казятся

Ты в ней завис и завистью живи…

Под липким потом проступают токи

Гонец застыл болезнью поступать.

Поступков нет, поступки давят цепи.

Гонец бежит, но мысли не догнать.

Они ушли за близнецом зеркальным,

Они придут, а ты завис в грязи

Предателем, посланником нахальным…

Звенит звонок, ключ где-то здесь… вблизи.

05.05.2003.

***

… А она всё живёт точно так же, как « кто-то»,

Мурлычит под нос рок-н-ролл для себя,

Ходит пешком торопясь на работу

И возвращается, но не спеша.

Варит компот, иногда просто кофе,

Мучает мышей лентяя кота,

Чтобы сказал знакомый наш Тофе?

Да ничего. Промолчал, как всегда.

А где-то тот «кто-то», живёт, как она

И лопает джем, и спешит на работу

Стремительно, мимо меня, весь в заботах,

Но часом поздней, как бежала она.

31.07.2005.

Она мечтает о нём по ночам,

Он видит её во сне,

Она рисует его портрет,

Он хочет найти её след.

12.2005.

***

Бесконечность в глазах твоих

Точный слог, мудрый нрав,

В танце вижу редкий стих,

Кто молчит – вечно прав.

Кружусь в потоке мыслей,

Танец странный, мир ночной,

Я плыву в фанданго чисел,

Радуюсь смерти, пока что живой,

Людей живых в окошечка вижу,

В глазницы-бойницы, зеркальца луны

В ком звёздочки есть – в том мелодию слышу,

В ком тучи по небу – в том шорох труны.

Мечтаю о смерти да так, чтобы в танце,

Да с девушком-ангелом в синих тонах…

***

Все мы эгоисты

Все мы в чём-то эгоисты,

Если что – то пацифисты

Филантропы-юмористы,

Эксгибиционисты…

Кто-то стукнет – мы садисты,

А не стукнет – мазохисты,

Микрочуточку – фашисты,

Даже иногда нацисты,

Ночью может сионисты,

Ну а днём мы коммунисты

Бойки, резки и речисты

Хоть шахтёры, машинисты,

И вахтёры, и капнисты,

Чаще всё же пофигисты.

Хоть полотна наши чисты

Мы импрессионисты

И горбатые артисты,

Трактористы, каратисты,

Мимы и эквилибристы,

По-любому эгоисты

И беззубые дантисты,

И с крестами атеисты,

И безногие туристы,

Да слепые окулисты

Удалые и плечисты

А подчас, пардон, гамнисты

Сыскари-криминалисты

И надутые штангисты,

Ох, чистюли-трубочисты,

Карапеты, но танкисты,

Глухари-артиллеристы,

И надутые штангисты,

И мазилы футболисты,

Гурманы-кулинаристы,

Пузачи-монополисты,

Звонари…, ну медалисты,

Пердуны…, ну металлисты,

Циники, ну нигилисты,

Смертники-парашютисты,

Отдел кадров, знать кадристы,

Ну короче – эгоисты.

Стоики-опортунисты,

Масса автомобилисты,

Самураймотоциклисты,

Кровь Дали – сюрреалисты.

Как шампанское игристы

И альтисты, и флейтисты,

Баянисты, пианисты,

Паркинсоны - гитаристы,

Горлопканы – куплетисты,

Инвалиды – пародисты,

И зануды – формалисты,

Квакеры и роялисты,

Боягузы – альтруисты,

Проходимцы альпинисты,

Без коней кавалеристы,

Несидяки теннисисты,

Тугодумы шахматисты,

Хулюганы онанисты,

Закалённые нудисты,

В общем все мы – эгоисты.

28.10.2008.

***

Ещё не все упали звёзды

Из Космоса твоей души,

Ты подожди – ещё не поздно,

Махнуть рукою не спеши.

А может падают те звёзды

В салют по сбывшейся мечте,

А может всё не так серьёзно,

А может звёзды то не те.

28.10.2008

***

Какая разница, кто ты,

Когда ты полон пустоты?

Когда твой дом в центре циклона

И апокалипсис внутри

И музыка проходит мимо,

А ты плывёшь судьбою мима

На «фейсе» вечно та же мина

Американской «доброты»

А ты, а ты…, а что же ты?

А ты весь полон пустоты.

28.10.2008

***

Бархатный сезон

Стиль Делакруа

Миг и всё прошло,

Миф – то, что вчера.

Сегодня падают листья,

Но плавно, нежно кружа.

Никто нас здесь не отыщет,

Лишь завтра вспомним вчера.

Их шепот то затихает,

То морем ярко звучит,

Никто нас здесь не узнает,

Мы здесь бывали одни.

Волшебный миг происходит,

Не видно больше седин

Ум спит, всё былое приходит

Ты молод, средь тех же осин.

То гладишь румяную щёку,

Целуешь её холодок,

Совсем ещё юную руку

Прижал ты на сердце своё.

И времени целая пропасть,

Вот только бы в ней не пропасть

Дай руку мне милая… Что ты?..

Нее бойся – всё будет опять.

Ты радужка летнего неба,

Ты зайчик на ранней росе,

Я снова с тобой там, где не был,

Мы рядом плывём по весне.

16.12.1999.

***

Ты плачешь, милая?

- Прекрасно!

Слеза прольётся не напрасно,

Ростком Любви, Надежды новой

Проявится твой плод души!

Ты плачешь, милая?

- Конечно,

Всё это было, будет вечно

Плачь, милая! Рыдай! Реви!

Раз этот мир тебе не весел,

Раз мало сказок, игр и песен,

Разбей слезами ком в груди,

И не стесняйся – вой! Реви!

21.07.2008.

***

Пишите больше тёплых писем

Родным, знакомым и друзьям.

Частичку звёздочки отыщем

И перешлём по небесам.

Порханьем бабочки чудесной

Влетит та весточка в окно

Душа зальётся звонкой песней

И с эхом станет вновь тепло.

***

Что карма – клякса

За отрезок жизни такса

Замедленье, присыханье,

Заживленье, затуханье,

Затиранье, выдох, точка

С горки покатилась бочка

В бочке птичка, что в яичке

Шанс взлететь, но шанс, что спичка

Сто процентов, что в осколки

Или в брызги, точно в пыль

Капнет солнце мочкой-тучкой

Станет краской сказка-быль,

Маятник – калейдоскопом,

Бумеранг – крылом синицы,

Чацкий станет робокопом,

NaCl хлебнёт водицы

Enter щёлкнет свет в пещере

Звери скажут: « Мы не звери,

Мы значительней и особенно,

А вы пасквильно и беспочвенно.

Как не мерзко вам, как не морозно?

Как не гадко вам, вам негаданно.

Поучать то нас, словно в небо глас,

Походить на нас – «пародийный класс».

Всё Иванушки при завалинке,

Ноги босые, вид, что в валенках.

Белый стих

Белый танец уносит меня

Левитация в белые пятна

Мысли белые чистят, храня

И уводят потёмки попятно.

В белых пятнах неведомый дом

Светлопраздничный в выпавшем снеге

С белым жителем – лунным котом,

Что мурлыкает сказки о небе.

Белый сон, что снег засыпает,

Угощает жемчужным вином,

Чудо-кот туманно порхает

Белый ворон горит серебром.

С неба снег дрожаще целует

Мою белую кожу лица

И невесту собою рисует

На ладони, как ртуть, два кольца

А невеста – весна в раздевалке,

Не успев снять свой зимонаряд,

Наигравшись в осенние салки,

Приглашает на танец опять.

21.09.2006.

***

Чтобы подняться – нужно упасть,

Чтобы найтись – надо пропасть,

Чем глубже зарылся, тем выше взлетел,

Средина постыла, не нам «не у дел»

16.04.2003.

Туман загадочно заманчив,

Манит незримою рукою.

Ты знаешь, что сюрприз обманчив,

Но ты влечёшь себя собой.

Подспудно ты играешь в прятки,

А вид такой, что «не при чём».

Любитель с ёжиком загадки –

А вдруг разгадка – «калачом»?

«С Новым туманом! Поздравляю!»,-

Бодрю идущих медленней,

Их удивлённых, обгоняю,

Спешу к незнаку поскорей.

И так вся жизнь – в сплошном тумане.

Туман то реже, то густей,

Туман то в правде, то в обмане…

А мне бы светлых новостей.

8-14.02.2007.

***

И мысли рассыпались бисером рифм,

И Солнце застряло меж пальцами мыслей,

Она Расцвела рифмам солнечных пальцев

И начался день спелым звоном ручья

22.01.2005.

***

Я построю новый Дом,

Наберу песка побольше,

Пусть завидуют о нём

И в Америке, и в Польше!

Всем туристам Вселенной

Повтор мечты повторно сбылся

Гордыней манят нас хребты,

Как дверца в рай, окошко в вечность,

Сорвала сетку грусти ты.

Проход в другое измеренье

Из чёрно-белого кино

Предназначенье без сомненья

Твоё сейчас предрешено.

Ты видишь цель и ясен смысл

Жизнь не предел и рвётся мысль

Под сверхвысоты, гипердали

Мы снова маленькими стали

Сорвалась точка сборки напрочь

Ещё на средней высоте

Я не машина – я корабль

Плыву я к счастью по мечте

Повтор мечты - повторно сбылся

Реальность жизни – суперАх!

Нас горы приняли в объятья.

Есть смысл в жизни. Он в ГОРАХ!

06.05.07.

Лучшие снимки не сняты

Снятся звёздные даты

Мыслью мозольною смяты

В памяти гор я да ты

Да ты печалишься? – Брось

Притчу-пятак в речку – авось…

Воспрянет формою та мысль

Лучин надеждою взлучись.

Горишь? Пылай ещё сильнее

Зрачками звёзд, снегам милее

Твою любовь белить своею

Зёрна взрастут, не оскудеют…

Мысли добра, что птицы ввысь

В миг вознеслись…

Лучшие песни не спеты

Со звёзд прорастают рассветы

Рассвет развенчает запреты

В запредельные дали.… Лети!

11.09.2007

Ёжики травы щекочут до смеха

Греют-ласкают – ночная потеха

Утром проснутся – на листьях помеха

Слёзки веселия, капельки смеха.

Кiлькiсть переглядiв: 186

Коментарi